The Plot of the Oleg’s Shield in Russian Culture of the 19th – early 20th centuries

 
PIIS0869544X0016745-2-1
DOI10.31857/S0869544X0016745-2
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: Leader Research Fellow Department of the East Slavs
Affiliation: Institute of Slavic studies, Russian Academy оf Sciences
Address: Moscow, Leninsky Prospect, build. 32-А
Journal nameSlavianovedenie
EditionIssue 5
Pages49-66
Abstract

The article reconstruct the ideologema based on the chronicle story about Prince Oleg (Prophet Oleg) hoisting a shield on the “gates of Tsaregrad”. This action as a sign of victory acquired a symbolic status becauseof Pushkin's «The Song of Prophet Oleg»(1822) and later, due to the inclusion of «The Song» in the literary anthologies for children, this plot became a stereotype image of Tsaregrad / Constantinople. It became very popular during the Russian-Turkish wars of the 19th - early 20th centuries. The author analyzed the main  interpretational trends of the legendary story about Oleg's shield in the context of the history of ideas and images, which had a direct impact on the stereotypes of the mass consciousness.

KeywordsMyth of Constantinople in Russian culture, «The Song of Prophet Oleg» by Alexander Pushkin, "the shield on the Tsaregrad gates", historical mythology
Received13.09.2021
Publication date11.12.2021
Number of characters40056
Cite   Download pdf To download PDF you should sign in
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
1 На протяжении веков одной из важных геополитических мифологем российской истории выступает императив «возвращения» Константинополя, некогда взятого русскими, которые поэтому сохраняют права на Византию и призваны «возродить» ее в качестве сакрального центра православного славянства, восстановив статус российской государственности в Европе. Одним из основополагающих представлений в этом контексте служит легенда о князе Олеге, оставившего свой щит на городских воротах в знак славянского «владычества» над Константинополем. В настоящей статье анализируется возникновение и функционирование устойчивых формул «щит Олега», «щит на царьградских воротах» – мы рассмотрим обстоятельства их появления и эволюцию стереотипных представлений о легендарном факте. В качестве источников исследования привлекаются тексты, которые в наибольшей степени способствовали формированию исторических образов и речевых клише в широких кругах. Это, во-первых, поэтические произведения первой трети XIX в., во-вторых, наиболее известные труды российских историков и учебная литература 1860–1910-х годов,в-третьих, относящиеся к тому же периоду визуальные воплощения сюжета об «Олеговом щите».
2 Главным источником сведений о походе Олега на Царьград служит «Повесть временных лет», относящая данное событие к 907 г. Нестор сообщал о заключительном деянии Олега: «И повеси щит свой въ вратех показуа победу, и поиде от Царяграда»1 [1. С. 25]. Между тем Новгородская первая летопись связывает поход с князем Игорем – Олег при этом именуется воеводой. Проблеме исторической достоверности легендарных источников и возможным интерпретациям летописного сюжета посвящено множество работ [11; 21; 3; 4; 16. С. 82–86; 17. С. 145–208, 248–265](в последней книге представлена основная историография вопроса). Для нас, однако, важнее то, что фраза «повесил щит свой на вратах в знак победы и ушел из Цареграда» в 1820–1830-х годовстала источником вдохновения для ряда русских литераторов. В прочем, первое в отечественной литературе произведение, в основу которого положен сюжет о щите, принадлежало Екатерине II: это драма «Начальное управление Олега» (1786), которая в 1790 г. была представлена в Эрмитажном театре в виде оперы (см.[5]). Главный герой – «Олег, князь урманский» – в финале пьесы «щит Игорев, на котором изображен воин на коне, укрепляет к столбу ипподрома», после чего говорит: «При отшествии моем я щит Игорев на память оставляю здесь; пусть позднейшие потомки узрят его тут»2. Интерес к походам первых князей на Константинополь стимулировался «греческим проектом».К тому же периоду относится серия медалей, посвященных походу Олега на Царьград. К ним так или иначе восходит последующая иконография князя, однако сюжет о щите на этих медалях отсутствует3. 1. Повесть временных лет / подг. текста Д.С. Лихачева, пер. Д.С. Лихачева и Б.А. Романова. М.; .: Издательство Академии наук СССР, 1950. Ч. 1. Текст и перевод. 404 с. с илл. C. 25.

2.  Екатерина II. Начальное управление Олега // Сочинения императрицы Екатерины II. Произведения литературные / под ред. A.И. Введенского. СПб.: Изд. А.Ф. Маркса, 1893 (Сборник «Нивы». Август, № 8. 1893). 448 с. С. 345.

3.  Смирнов В.П. Описание русских медалей. СПб.: Санкт-Петербургский монетный двор, 1908. 748 с. табл. С. 4, 32–39.
3 Современному россиянину со средним образованием деяния князя Олега и обстоятельства его смерти известны с детства. Подобная ситуация была и во второй половине XIX в. – основным источником информации являлась и является баллада А.С. Пушкина «Песнь о Вещем Олеге» (1822, опубл. 1825)4.Будучи воспринята как произведение для детей (см. [13. С. 256]), «Песнь» вошла в школьный литературный канон и в XIX в. включалась в большинство хрестоматий, а также в сборники очерков и рассказов по истории. Исследователи именуют ее «сверхканоничным тестом» [2. С. 10]; «Песнь» – наиболее часто печатавшееся произведение в учебной литературе XIX в. и вообще самое издаваемое стихотворение Пушкина в 1830-х – 1917 г. (см. [2. С. 25; 1. С. 311]). 4. Пушкин А.С. Песнь о вещем Олеге // Пушкин А.С. Полн. собр. соч. В 17-и т. М.: «Воскресенье», 1994–1997. Т. 2. Кн. 1. Стихотворения. 1817–1825 / ред. М.А. Цявловский. М., 1994. 551 с. С. 218–220.

Price publication: 0

Number of purchasers: 0, views: 561

Readers community rating: votes 0

1. Chernov A.Iu. Oleg i jego shchit.Staroladozhskii sbornik. St. Petersburg, Nestor-Istorija Publ., 2012,vyp. 9, pp. 60–68. (In Russ.)

2. Fuks A.N. Shkol’nyje uchebniki po otechestvennoi istorii kak istoriograficheskii fenomen (konets XVII v. – 1930-je gg.).Avtoref. diss. doktora ist. nauk. Moscow, 2011. (In Russ.)

3. Kelembet S. N. Kniaz’ Oleg Veshchii i pokhod rusi na Konstantinopol’.Studia Historica Europae Orientalis = Issledovaniia po istorii Vostochnoi Jevropy. Minsk, 2015, vyp. 8, pp. 19-36. (In Russ.)

4. Kirillina L.V. Sarti, Evripid i Tretii Rim.Nauchnyi vestnik Moskovskoi konservatorii, 2012, ¹ 1,pp. 12-41. (In Russ.)

5. Kochukova O.V., Kochukov S.A. Obraz Konstantinopolia v stikhotvoreniiakh na stranitsakh rossiiskoi pressy v period russko-turetskoi voiny 1877–1878 gg. Slavianovedenije, 2021, ¹ (In Russ.)

6. Koshelev V.A. Pushkin: Istoriia i predanije. Ocherki. St. Petersburg, Akademicheskii projekt, 2000, pp 26–76. (In Russ.)

7. Leibov R., Ospovat A. Siuzhet i zhanr stikhotvoreniia Pushkina «Olegov shchit».Pushkinskije chteniia v Tartu. 4: Pushkinskaia epokha: Problemy refleksii i kommentariia. Tartu,Tartu Ulikooli Kirjastus, 2007, pp. 71–88. (In Russ.)

8. Listov V.S. K istolkovaniiu stikhotvoreniia A.S. Pushkina «Olegov shchit».Pushkin i mir Vostoka. K 200-letiiu so dnia rozhdeniia A.S. Pushkina / sost. i obshch. red. Je.P. Chelysheva. Moscow, Nauka Publ., 1999, pp. 185–191. (In Russ.)

9. Luneva Iu.V. Chei Konstantinopol’? Spory o sud’be Osmanskoi imperii v rossiiskikh izdaniiakh v epokhu Pervoi mirovoi voiny. Russkaia publitsistika i periodika epokhi Pervoi mirovoi voiny: politika i poetika. Issledovaniia i materialy. Moscow, IMLI RAN, 2013, pp. 82-95. (In Russ.)

10. Magner V.I. Shchit Olega na vorotakh Konstantinopolia.Vestnik Udmurtskogo universiteta. Istoriia i filologiia, 2009, vyp. 2,pp. 112-129. (In Russ.)

11. Nekliudov S.Iu. Legenda o veshchem Olege: opyt istoricheskoi rekonstruktsii.Con amore. Istoriko-filologicheskii sbornik v chest’ Liubovi Nikolajevny Kiselevoi. Moscow, OGI, 2010, pp. 366-395. (In Russ.)

12. Nemzer A. «Pesn’ o veshchem Olege» i jeje sledstviia.ACTA SLAVICA ESTONICA IV. Trudy po russkoi i slavianskoi filologii. Literaturovedenije IX. Khrestomatiinyje teksty: russkaia pedagogicheskaia praktika XIX v. i poeticheskii kanon. Tartu, TartuUniv. Publ., 2013, pp. 233-301. (In Russ.)

13. Ospovat A.L. «Olegov shchit» u Pushkina i Tiutcheva (1829). Tret’ji Tynianovskije chteniia. Riga, Zinatne, 1988, pp. 61–69. (In Russ.)

14. Ozhigov A. O belletristicheskoi mobilizatsii, Sovremennyi mir, 1915, ¹ 9,pp. 155–170. (In Russ.)

15. Pchelov Je. Oleg Veshchii. Viking Drevnei Rusi. Moscow, Molodaia gvardiia Publ., 2018. 259 s. (In Russ.)

16. Rychka V.M. Veshchii Oleg v istorii i pamiati. St. Petersburg, Oleg Abyshko Publ., 2019. 281 s. (In Russ.)

17. Sevast’ianova S.K. Legendarnoje povestvovanije ob Olege Veshchem v «Russkoi istorii», obrabotannoi «Satirikonom». Sibirskii filologicheskii zhurnal, 2015, ¹ 4,pp. 95-107. (In Russ.)

18. Shambarov V.Je. Pesni Tsarskoi Rossii, plenennyje bol’shevikami / ed. S.E. Tsvetkova.Moscow, Russkii izdatel’skii tsentr, 2013. 255 s. s ill. (In Russ.)

19. Sheremet V.I. Turtsiia i Adrianopol’skii mir 1829 g.: iz istorii vostochnogo voprosa. Moscow, Nauka Publ., 1975. 226 s. (In Russ.)

20. Slavinskii M.A. Voina i natsional’nyi vopros.Chego zhdet Rossiia ot voiny.Petrograd, «Prometei» N.N. Mikhailova, 1915, pp. 118–126. (In Russ.)

21. Vdovin A.S. Chastotnost’ avtorov i ikh tekstov v russkikh khrestomatiiakh XIX veka (1805–1912) // ACTA SLAVICA ESTONICA IV. Trudy po russkoi i slavianskoi filologii. Literaturovedenije IX. Khrestomatiinyje teksty: russkaia pedagogicheskaia praktika XIX v. i poeticheskii kanon. Tartu, Tartu Univ. Publ., 2013, pp. 310-317. (In Russ.)

22. Vdovin A.S., Leibov R.G. Khrestomatiinyje teksty: russkaia poeziia i shkol’naia praktika XIX stoletiia // ACTA SLAVICA ESTONICA IV. Trudy po russkoi i slavianskoi filologii. Literaturovedenije IX. Khrestomatiinyje teksty: russkaia pedagogicheskaia praktika XIX v. i poeticheskii kanon.Tartu: TartuUniv. Publ., 2013, pp. 7-34. (In Russ.)

23. Voitovich L. Prizrak Olega Veshchego. Tractus aevorum, Vesna 2015, ¹ 2(1),pp. 3-43. (In Russ.)

Система Orphus

Loading...
Up