How an Arab scribe became a Malay writer: the life story of Abdullah bin Abdulkadir Munshi (1796/7–1854).

 
PIIS086919080005241-2-1
DOI10.31857/S086919080005241-2
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: Leading Research Fellow
Affiliation: Institute of Oriental studies, Russian Academy of Sciences
Address: Moscow, Moscow, Russia
Journal nameVostok. Afro-Aziatskie obshchestva: istoriia i sovremennost
EditionIssue 3
Pages183-190
Abstract

The paper examines the life circumstances and upbringing of Abdullah bin Abdulkadir Munshi (1796/7–1854) – an ethnic Arab from Malacca, a devout Muslim, expert in Islamic book culture, – as well as the circumstances of his becoming a Malay writer. Due to the predominance of Arab spiritual culture as a basis of school education in Malacca in the beginning of the 19th century and the lack of schools where Malay literature would be systematically taught, the possibility of the emergence of a modern author writing in Malay and addressing his book to people of his generation was practically excluded. Two circumstances contributed to Abdullah’s formation as a writer. First, it was by no means superficial acquaintance with the most outstanding examples of traditional Malay literature, preserved in the form of manuscripts, which was accompanied by the study of Malay stylistics, lexicology, rhetoric, and methods of constructing a traditional narrative. Secondly, his skill as a stylist was refined for many years, when he worked as an editor and translator with Protestant missionaries and publishers who published texts in Malay. Without betraying the faith of his ancestors, Abdullah fully agreed with the educational mission of the Europeans. In his books he more than once or twice returns to such problems as the rudeness of local customs, the backwardness and inertia of traditional society, the rejection of progressive transformations, and the lack of self-esteem among ordinary Malays. This formed position was most clearly reflected in the famous memoirs of Abdullah, where the writer appears to be a New Age man, rejecting the prejudices of the past, explaining the irrelevance and harm of some generally accepted customs and establishments. Having written a book whose main character was himself, Abdullah retained an unwavering adherence to the best traditions of classical Malay literature, such as, in particular, its educational orientation. Thus, the writer does not interrupt the line of continuity, but acts as a link between the written heritage of the past and the literature of the 20th c.

KeywordsMalay literature, memoirs, Abdullah Munsyi, oral and written tradition, Protestant missionaries, enlightenment, educational mission of literature
Received22.05.2019
Publication date06.06.2019
Number of characters20611
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 В истории культуры народов островной Юго-Восточной Азии Абдуллах бин Абдулкадир Мунши занимает особое место и вполне заслуженно именуется родоначальником современных малайской и индонезийской литератур. Главный труд его жизни, мемуары «История Абдуллаха» (Hikayat Abdullah) [Sweeney, 2008] впервые опубликованные в 1849 г., стал первым из написанных по-малайски сочинений, автор которого говорил о себе «я», не прячась под традиционной маской безымянного «владельца этой истории»1, и дал письменный отчет о самых разнообразных событиях жизни в Малайе, свидетелем которых ему довелось быть. 1. Подробнее об этом см.: [Горяева, 2017, с. 56–57].
2 Писатель родился в Малакке в 1796 или 1797 г., будучи пятым и единственным выжившим ребенком Шейха Абдулкадира, весьма набожного и образованного мусульманина арабо-индийского происхождения. В то время деятельность отца Абдуллаха была связана с морем: он был начальником порта, а позднее служил капитаном торгового корабля, курсировавшего вдоль побережий Малаккского полуострова и острова Ява. Одновременно голландские власти Батавии поручили Абдулкадиру как человеку, знавшему толк в книгах, сбор рукописей в посещаемых им прибрежных областях Нусантары.
3 Отец Абдуллаха часто бывал в разъездах, и воспитанием мальчика занимались мать и бабушка с отцовской стороны. В то время последняя руководила в Малакке школой, где около двухсот учеников, мальчиков и девочек, обучались чтению Корана. С четырехлетнего возраста Абдуллах сопровождал бабушку в школу и, пока она вела урок, сидел рядом, слушая звуки зубрежки и чтение священной книги ислама.
4 «Тогда-то бабушка и дала мне для забавы сделанное из папоротника2 перо, грифельную доску и немного чернил из рисового отвара. Она сказала: «Вот это будет твоим занятием в течение всего дня»3. Бабушка не была слишком требовательна к внуку. Хотя рука мальчика уже привыкла к перу, и он успешно копировал буквы, однако до семи лет так и не одолел ни одного из джузов4 Корана. Отец, прибывший из очередной поездки, обнаружил это и решил взяться за сына как следует, и мальчика отдали в кораническую школу. 2. Resam – вид папоротника Gleichenia linearis, из стеблей которого делают перья.

3. Здесь и далее перевод отрывков «Истории Абдуллаха» дается по изданию [Sweeney, 2008].

4. Джуз – один из 30 разделов Корана
5 В памяти писателя навсегда запечатлелась суровость школьных порядков, о которых родителям было прекрасно известно:
6 «По обычаю, когда кто-то посылал ребенка на учение, мать или отец сначала являлись, чтобы выразить свое почтение учителю […]. С ними же был и мальчик, которого отдавали в учение, и отец с матерью говорили: «Господин, скажем лишь о двух вещах. Во-первых, помните, что он наше любимое дитя, а во-вторых, не ломайте ему руки и ноги. Ну а все прочее пусть совершается по вашему усмотрению».
7 Школьные строгости и жестокое обращение с учениками поразили воображение Абдуллаха. Писатель снабдил свой рассказ иллюстрациями, где изображались орудия наказания, и дал подробное описание этих жестоких расправ. Хотя Абдуллах-школьник норовил любым путем уклониться от занятий и хитростью или обманом избежать кары за свои проступки, писатель завершает свой рассказ назиданием (nasehat) – необходимым атрибутом малайского дидактического сочинения, – где заявляет, что в результате все эти жестокие меры пошли ему на пользу: «…Каждый рубец, что оставили на моем теле розги за время учения – словно факел для меня, а каждая пощечина – словно очки, [придающие остроту зрению]. Без этого факела и этих очков я не раз мог бы свалиться в пропасть или придорожные канавы, как это случалось со многими… И да дарует милосердный Аллах процветание и благоденствие моим учителям, удержавшим меня от таких падений, вручившим мне пробный камень, дабы я не соблазнился фальшивым золотом и серебром и не принял алмаз за булыжник!»

Number of purchasers: 2, views: 1186

Readers community rating: votes 0

1. Абдуллах бин Абдулкадир и его «Рассказ о плавании Абдуллаха из Сингапура в Мекку» (1854). Предисл., пер. с малайск. яз. и коммент. Л. В. Горяевой. Письменные памятники Востока. 2016. № 4(27). С. 5–23. [Abdullah bin Abdulkadir and his “Story of Abdullah’s sailing from Singapore to Mecca” (1854). Preface, transl. from Malay and comments by L. V. Goriaeva. Pis’mennye pamiatniki Vostoka. 2016. No. 4(27). Pp. 5–23].

2. Горяева Л. В. Текст и его автор в традиционной малайской повествовательной прозе: к эволюции образа. Восток. Oriens. 2017. № 4. С. 56–66 [The text and its author in traditional Malay narrative prose: to the evolution of the image. Vostok (Oriens). No. 4. Pp. 56–66].

3. Bastin J. The Missing Second Edition of C. H. Thomsen and Abdullah bin Abdul Kadir's English and Malay Vocabulary. Journal of the Malaysian Branch of the Royal Asiatic Society. Vol. 56, No. 1(244) (1983). Pp. 10–11.

4. Hunt R. A. The History of the Translation of the Bible into Bahasa Malaysia. Journal of the Malaysian Branch of the Royal Asiatic Society. Vol. 62. No. 1(256). 1989. Pp. 35–56.

5. Milner A. C. A Missionary Source for a Biography of Munshi Abdullah. Journal of the Malaysian Branch of the Royal Asiatic Society. Vol. 53, No. I(237). 1980. Pp. 111–119.

6. Proudfoot I. Early Malay printed books: A provisional account of materials published in the Singapore-Malaysia area up to 1920, noting holdings in major public collections. Kuala Lumpur: Academy of Malay Studies and the Library, University of Malaya, 1993.

7. Putten J. van der. Abdullah Munsyi and the missionaries. Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde (BKI). Vol. 162. Iissue 4. 2006. Pp. 407–440.

8. Sweeney A. (ed.). Karya Lengkap Abdullah bin Abdul Kadir Munsyi. Jilid 1. Kisah pelayaran Abdullah ke Kelantan, Kisah pelayaran Abdullah ke Mekah. Jakarta: Kepustakaan Populer Gramedia, Ecole Française d’Extrême-Orient, Perpustakaan Nasional RI, 2005.

9. Sweeney A. (ed.). Karya Lengkap Abdullah bin Abdul Kadir Munsyi. Jilid 2. Puisi dan Ceretera. Jakarta: Kepustakaan Populer Gramedia, Ecole Française d’Extrême-Orient, Perpustakaan Nasional RI, 2006.

10. Sweeney A. (ed.). Karya Lengkap Abdullah bin Abdul Kadir Munsyi. Jilid 3. Hikayat Abdullah. Jakarta: Kepustakaan Populer Gramedia, Ecole Française d’Extrême-Orient, Perpustakaan Nasional RI, 2008.

Система Orphus

Loading...
Up