Politics of Memory and Historical Science

 
PIIS086956870001569-6-1
DOI10.31857/S086956870001569-6
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: Deputy Director
Affiliation: Institute of Scientific Information on Social Sciences RAS
Address: Russian Federation, Moscow
Occupation: Professor
Affiliation: Higher School of Economics
Address: Russian Federation, Moscow
Occupation: Professor
Affiliation: European University in Saint Petersburg
Address: Russian Federation, Saint Petersburg
Journal nameRossiiskaia istoriia
Edition
Pages128-140
Abstract

  

Keywords
Keywords list (other)
Received28.10.2018
Publication date28.10.2018
Number of characters47032
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Начало XXI в. характеризуется резким возрастанием значения и роли политики памяти. Это относительно новое понятие обозначает всю сферу общественных практик и норм, устанавливаемых государством и связанных с регулированием коллективных представлений об истории, акцентированием внимания на одних сюжетах и замалчиванием или маргинализацией других. Речь идёт о коммеморации (ритуальных практиках – сооружении памятников и музеев, отмечании на государственном или местном уровне определённых событий прошлого и т.д.), выплате пенсий ветеранам одних событий и отказе в таких выплатах ветеранам других, регулировании доступа к архивам, определении стандартов исторического образования (того минимального набора сюжетов и фактов, которые учащийся обязан знать), приоритетном финансировании исследований и изданий о тех или иных событиях, явлениях и эпохах. Политика памяти неизбежна – нет обществ, даже племенных, которые так или иначе не регулировали бы эту сферу. По сути, политика памяти является одним из важнейших инструментов формирования идентичности того или иного сообщества.
2

Историческая политика является частным случаем политики памяти1. Для неё характерно активное участие властных структур и преследование партийно-идеологических интересов, чем объясняется её зачастую конфронтационный характер. В рамках исторической политики особое место неизбежно занимает официальный нарратив – принятое на государственном уровне видение истории нации. В России после распада СССР задача конструирования национальной истории вышла на первый план2. И прежде всего встал вопрос об идентичности – должна ли она считаться «национальной», «гражданской», «имперской», «цивилизационной», «русской», «российской» и т.д.

1. См. подробнее: Миллер А.И. Историческая политика в Восточной Европе начала XXI века // Историческая политика в XXI веке. Сборник статей. М., 2012.

2. См.: Малинова О.Ю. Символическая политика и конструирование макрополитической идентичности в постсоветской России // Полис. Политические исследования. 2010. № 2; Малинова О.Ю. Макрополитическая идентичность // Политическая идентичность и политика идентичности. Т. 1. Словарь терминов и понятий. М., 2012.
3

Эволюция официального исторического нарратива

 

Нарратив – сюжетно оформленное повествование, предлагающее связную картину цепи исторических событий – является основным форматом репрезентации прошлого как в историографии, так и в публичном пространстве. Его связность достигается за счёт генеалогического принципа изложения, благодаря чему «событие отсылает к каким-то своим будущим последствиям (именно к последствиям, а не к причинам)»3. Исторические нарративы складываются из событий-фрагментов, которые могут быть развёрнуты в самостоятельные сюжетные повествования. В политическом дискурсе, в отличие от профессионального исторического, нарративы прошлого редко имеют развёрнутый вид. Тем большее значение приобретает их соответствие тому, что можно обозначить как «чувство очевидного» реципиентов4: связи, подразумеваемые политическим текстом, «прочитываются» аудиторией в той мере, в какой отсылают к уже известным ей сюжетным линиям.

3. Зенкин С. Критика нарративного разума // Новое литературное обозрение. 2003. № 59.

4. Topolski J. The Role of Logic and Aesthetic in Constructing Narrative Wholes in Historiography // History and Theory. Vol. 38. 1999. № 2.

Number of purchasers: 3, views: 3640

Readers community rating: votes 0

1. Miller A.I. Istoricheskaya politika v Vostochnoj Evrope nachala XXI veka // Istoricheskaya politika v XXI veke. Sbornik statej. M., 2012.

2. Malinova O.Yu. Simvolicheskaya politika i konstruirovanie makropoliticheskoj identichnosti v postsovetskoj Rossii // Polis. Politicheskie issledovaniya. 2010. № 2.

3. Malinova O.Yu. Makropoliticheskaya identichnost' // Politicheskaya identichnost' i politika identichnosti. T. 1. Slovar' terminov i ponyatij. M., 2012.

4. Zenkin S. Kritika narrativnogo razuma // Novoe literaturnoe obozrenie. 2003. № 59.

5. Topolski J. The Role of Logic and Aesthetic in Constructing Narrative Wholes in Historiography // History and Theory. Vol. 38. 1999. № 2.

6. Atnashev T. Transformation of the Political Speech under Perestroika. Free Agency, Responsibility and Historical Necessity in the Emerging Intellectual Debates (1985–1991). PhD Dissertation. Florence, 2010.

7. Assman A. Dlinnaya ten' proshlogo: memorial'naya kul'tura i istoricheskaya politika / per. s nem. B. Khlebnikova. M., 2014. S. 69, 72.

8. Smith A.D. Myths and Memories of the Nation. Oxford, 1999; Coakley J. Mobilizing the Past: Nationalist Images of History // Nationalism and Ethnic Politics. 2007. Vol. 10. № 4.

9. Kaspeh S.I. Politicheskaya teologiya i nation-building: obschie polozheniya, rossijskij sluchaj. M., 2012.

10. Mock S. Symbols of Defeat in the Construction of National Identity. N.Y., 2012.

11. Efremenko D.V. Normal'naya katastrofa. Eschyo raz ob istoricheskikh razvilkakh 1980–1990-kh godov // Proshlyj vek. Sbornik nauchnykh trudov. M., 2013.

12. Kalinin I. Nostalgic Modernization: the Soviet Past as ‘Historical Horizon’ // Slavonica. Vol. 17. 2011. № 2. P. 157.

13. Finkel' E. V poiskakh «poteryannykh genotsidov»: istoricheskaya politika i mezhdunarodnaya politika v Vostochnoj Evrope posle 1989 g. // Istoricheskaya politika v XXI veke…

14. Kundera M. Un Occident kidnappé, ou la tragédie de l’Europe centrale // Le Débat. vol. 5. 1983. № 27.

15. Miller A.I. Tema Tsentral'noj Evropy: istoriya, sovremennye diskursy i mesto v nikh Rossii // Nezavisimoe literaturnoe obozrenie. 2001. № 52.

16. Astrov A. Istoricheskaya politika i «ontologicheskaya ozabochennost'» malykh tsentral'no-evropejskikh gosudarstv (na primere Ehstonii) // Istoricheskaya politika v XXI veke.

17. Bibo I. O smysle evropejskogo razvitiya i drugie raboty. M., 2004.

18. Nojmann I. Ispol'zovanie Drugogo: Obrazy Vostoka v formirovanii evropejskikh identichnostej. M., 2003.

19. Nora P. Problematika mest pamyati // Nora P., Ozuf M., Pyuimezh Zh., Vinok M. Frantsiya-pamyat'. SPb., 1999.

20. Burd'yo P. O simvolicheskoj vlasti // Burd'yo P. Sotsiologiya sotsial'nogo prostranstva. M.; SPb., 2007.

21. Skinner Q. On Performing and Explaining Linguistic Actions // The Philosophical Quarterly. Vol. 21. 1971. № 82.

22. Skinner Q. Some Problems in the Analysis of Political Thought and Action // Political Theory. Vol. 2. 1974. № 3.

23. Podrobnee sm.: Miller A.I. Rol' ehkspertnykh soobschestv v politike pamyati v Rossii // Politiya. 2013. № 4.

Система Orphus

Loading...
Up