The main features of the present-day Russian economy. The prevalence of development-decelerating factors (sociological considerations)

 
PIIS020736760007834-6-1
DOI10.31857/S020736760007834-6
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation:
Address: Russian Federation
Affiliation:
Address: Russian Federation
Journal nameObshchestvo i ekonomika
EditionIssue 12
Pages5-21
Abstract

The article sets forth a new concept of a multi-vector federal industrial policy that can overcome the actual industrial policy flaws. The materials of two sociological surveys have been used, which made it possible to show the ongoing socio-economic standoff of large industrial enterprises’ CEOs with the Federal Center over the current industrial policy.

Keywordsfederal industrial policy, discourse, human capital
Received13.12.2019
Publication date18.12.2019
Number of characters42754
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 На рубеже XIX – ХХ веков классическая политэкономия в Европе стала уступать свои позиции новой, неклассической. В то время мощно актуализировались идеи, связанные с корректировкой предмета этой науки – переориентирование на гуманитарный профиль и целеполагание, акцентация «мира человека, а не мира благ и капитала». В 1897 г. известный немецкий ученый Е. Шмоллер так противопоставлял новую политическую экономию классической, руководствующейся образцами классического естествознания: «Политическая экономия (Volkswirtschaftslehre) сегодня пришла к исторической и этической концепции государства и общества, которая противостоит рационализму и материализму (присущим классической политэкономии, К. Л., П. Е.). В отличие от чистой экономики рынка и обмена, своего рода экономики бизнеса, которая угрожала стать орудием класса собственников, она снова стала великой моральной и политической наукой, которая, кроме производства благ, изучает их распределение, кроме явлений, связанных со стоимостью, изучает экономические институты и которая снова ставит в центр (сердце) науки не мир благ и капитала, а человека» [цитируется по 22, 7].
2 Переход политэкономии к неклассическому дискурсу хотя и был осознан и отрефлексирован более века назад, до сих пор не занял доминирующих позиций в экономической науке, не привёл к существенным изменениям в экономических институтах, микро- и макропроцессах. Необходимость преодоления этой ситуации мотивировала участников Международной конференции по проблемам социального развития [8] предложить мировому сообществу пересмотреть иерархию критериев общественного развития – переориентировать внимание с показателей темпов экономического роста на показатели устойчивого гармоничного развития человека. К сожалению, заглавная идея конференции: «Экономика – для развития человека, а не человек – для развития экономики» не произвела заметного конструктивного эффекта гуманитарного толка на экономическое поведение политической и бизнес-элиты.
3 Дискурсы «человекоцентризма» и «социоцентризма», транслирующие представления о «человеке социальном» как высшей цели и смысле общественного развития, а не орудии, средстве, факторе экономического производства и потребления, с трудом пробивает себе дорогу в мире политэкономический идей, а из мира идей – в мир реальных социально-экономических структур, институтов и процессов.
4 Правящие элиты, в качестве ответа на императивы человекоцентризма и социоцентризма, актуализированные эпохой зрелого модернити и раннего постмодернити и активизирующие протестные настроения в массовом сознании и медиапространстве в отношении устаревших взглядов на глубинные смыслы человеческого существования, вынуждены были начать искать, за неимением других, паллиативные способы решения этой проблемной ситуации. Как следствие, в социально-экономическом поле возникают и актуализируются сомнительные, по большей части негативные, социальные технологии «воздействия на массы» – классические манёвры власти «отвлекающего» и «усыпляющего» характера. Во-первых, в их число входят, так называемые, «долгосрочные стратегии развития». Их цель – отвлечь, переключить внимание обывателя от гнетущих реалий на «прекрасное далёко», посеять в его душе обманчивые надежды, увы, массово уходящие «в песок времени». По факту, содержание стратегий такого рода является классическим «фантомом», имеет мало общего с реальностью, а судьба их трагична, поскольку ограничивается форматом исключительно «бумажного существования» с обязательным нулевым конечным эффектом. Обывателю же демонстрируется желаемая для власти картинка.

Number of purchasers: 0, views: 378

Readers community rating: votes 0

1. Бодрийяр Ж. Система вещей // М., 1995, 2001.

2. Бочаров В.Ю. Институциализация договорных трудовых отношений. Социология труда // Санкт-Петербург: Наука. 2006. С. 98-99.

3. Бочаров В.Ю. Институциализация договорных трудовых отношениях на отечественных предприятиях // Cоциологические исследования, 2001, № 7.

4. Гидденс Э. Устроение общества: Очерк теории структурации // М.: Академический проект, 2003. 528 с. («Концепции»). ISBN 5-8291-0232-3

5. Делез Ж. Различие и повторение // СПб.: Петрополис, 1998. 384 с. ISBN 5-86708-110-9.

6. Дуглас Норт. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики // М.: Фонд экономической книги «Начала», 1997г. С.190

7. Ефимов В. Предмет и метод интерпретативной институциональной экономики // Вопросы экономики, No 8, 2007 (С. 49-67) . С. 57.

8. Копенгагенская декларация о социальном развитии https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/copdecl.shtml

9. Корель И.И., Павлюк Е.А., Корель Л.В., Кафидова Н.Е.

10. Инновационное развитие в интерьере реиндустриализации регионального пространства России. DOI: 10.15372/REG20180108 // Регион: экономика и социология. 2018. № 1. С. 167-190.

11. Корель Л.В., Комбаров В.Ю. Директора предприятий о государственной промышленной политике (результаты экспертного опроса) // Социологические исследования. 2010. №11 (319). С. 26-34.

12. Курлович П.Н. Социальные условия использования технологии и когнитивные процессы / Журнал социологии и социальной антропологии // Санкт-Петербург: С-ПГУ, СИ РАН, 2017. С.166-180.

13. Нассим Николас Талеб. Черный лебедь – под знаком непредсказуемости // Москва: КоЛибри. 2014. С. 736.

14. Нехода Е.В., Каз Е.М. Взаимодействие государства и бизнеса: движение к общим ценностям //Общество и экономика. 2019. № 5. С. 58-77.

15. Новости Известия, 11 апреля 2019. Эволюцию человеческого капитала в макроэкономике обсудили на форуме IPQuorum. https://iz.ru/866678/2019-04-11/evoliutciiu-chelovecheskogo-kapitala-v-makroekonomike-obsudili-na-forume-ipquorum

16. Помещик В. Поля проигранных сражений // Смоленск: Траст-Имаком: Смол’ин. 1993. С. 301.

17. Председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин — об ужесточении уголовного законодательства и борьбе с откатами https://iz.ru/899404/izvestiia/nado-vernut-konfiskatciiu-imushchestva-kak-dopolnitelnyi-vid-nakazaniia

18. Симачев Ю., Кузык М., Кузнецов Б. и Погребняк Е. Россия на пути к новой технологической промышленной политике: среди манящих перспектив и фатальных ловушек // Форсайт, Т.8. №4. 2014. С.6-21.

19. Социология труда // Санкт-Петербург: Наука. 2006г.

20. Труд и занятость в России. 2013: Стат.сб. / Росстат // M., 2013. 661 c.

21. Филлипс Л., Йоргенсен М. В. Дискурс анализ: теория и метод / пер.с англ. // Харьков: изд-во Гуманитарного центра, 2004. 336 с.

22. Центр стратегических разработок умер. Некролог. https://yandex.ru/turbo?text=https%3A%2F%2Ftsargrad.tv%2Farticles%2Fcentr-strategicheskih-razrabotok-umer-nekrolog_156559&d=1

23. Grimmer-Solem E. The Rise of Historical Economics and Social Reform in Germany 1864— 1894. Oxford: Clarendon Press, 2003.

24. THÉBAUD-MONY A. Avant-propos // Problemes politigues et sociaux. P., 2009. N 965. P. 5-8.

Система Orphus

Loading...
Up