The Formation of Ukrainian Literary Canon on the Donbass War: Emotional Matrices of Non-Combatants [Formirovanie ukrainskogo literaturnogo kanona o voine v Donbasse: emotsional’nye matritsy nonkombatantov]

 
PIIS086954150016708-8-1
DOI10.31857/S086954150016708-8
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: Institute of Ethnology and Anthropology of the Russian Academy of Sciences
Address: 32a Leninsky prospekt, Moscow, 119991, Russia
Affiliation: Moscow School of Social and Economic Sciences
Address: 82 Prospekt Vernadskogo, Bldg 2, Moscow, 119571, Russia
Journal nameEtnograficheskoe obozrenie
Edition№4
Pages176-191
Abstract

The article examines the representation of non-combatants in Ukrainian literature in the context of formation of a literary canon on the Donbass war. The research focuses on the literary practices instrumental in reconstructing the experience both of the displaced persons and of the civilians trapped in war zones, and aims to show how this experience is reflected in emotional matrices. We draw on the data collected during the 2016–18 fieldwork in Ukraine, and attempt to analyze it conceptually in the perspective of the interdisciplinary field of studying history of emotions, associated with the work of William Reddy, Barbara Rosenwein, and others. By employing both anthropological and literary approaches, we explore the key texts of the contemporary Ukrainian literature on the subject of war in the East of Ukraine. We argue that the theme of experience of the civilians and the displaced persons, running through the emergent narrative canon, may come to constitute its dominant part.

KeywordsUkraine, Ukrainian literature, war in Donbass, emotions, non-combatants, refugees
AcknowledgmentThis research was supported by the following institutions and grants: Russian Science Foundation, https://doi.org/10.13039/501100006769 [grant no. 17-18-01589]
Received28.09.2021
Publication date28.09.2021
Number of characters44642
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Культурная сфера современной Украины предстает как пространство информационного противостояния и осмысления трагических событий войны на востоке страны. Важнейшую роль в качестве медиума этих событиях и силы, которая была призвана художественными средствами переопределить своих и чужих, установить нормативные рамки чувствования и отделить правильные эмоции от неправильных, сыграла современная украинская литература1.
2 Трудно переоценить важность национальной литературы и романа как ее фундаментальной формы для национального строительства. Именно эта литературная форма (наравне с газетной) дает технические средства для “репрезентирования” того вида воображаемого сообщества, которым является нация (Андерсон 2016: 73). История украинской политической нации и история украинской литературы во многом тождественны; зачастую рассказать историю нации невозможно в отрыве от истории ее литературы. В настоящий момент мы можем наблюдать за процессом формирования литературного канона о войне на востоке Украины. Как отмечают А. Ассман и Я. Ассман в своем анализе взаимоотношений государственной цензуры и литературного канона, сущность канона обусловлена структуризацией и сужением существующей традиции, из которой изымается определенная область, граница которой соответствует разделению на каноническое и апокрифическое (Ассманн, Ассман 2001: 133). Таким образом, функцией канона всегда является социальная интеграция, закрепление норм и смыслов, а также отстранение от определенной части традиции, которая в дальнейшем будет обозначаться как девиация. При этом закрепленная в каноне истина, воплощенная в структуре и семантике нарратива, всегда касается “истины-для-некоторой-группы”. Это верно подмеченное наблюдение как нельзя более удачно репрезентируется на материале украинской литературы о войне.
3 С одной стороны, авторы в своем рассказе о войне претендуют на абсолютную истину для всего украинского общества. С другой стороны, возникает противоречие в связи с фактической необходимостью построения в рамках произведений личных отношений внутри групп, чьи судьбы оказались затронуты этим конфликтом. Таким образом, формирующийся литературный канон основывается на опыте и “истине-для-некоторой-группы”, которыми в нашем случае выступают разного рода комбатанты и нонкомбатанты, волею судеб вовлеченные в конфликт на востоке Украины.
4 Обладая инструментами поддержания и воспроизводства канона, государственные культурные институты формируют социальный порядок так же, как сплоченность группы, которая послужит своеобразной мастер-копией того, как украинскому обществу следует относиться и какие эмоции его члены должны испытывать по отношению к этому конфликту (Там же: 149).
5 Авторы исходят из того, что внутри сферы культуры как регулятора общественной жизни литература предстает как плюралистичное, многополярное пространство осмысления и разработки представителями эмоциональных сообществ соответствующих эмоциональных матриц. Будучи предъявлены вовне, данные матрицы могут как претендовать на последующее закрепление в качестве национального канона патриотического чувствования, так и деконструировать параллельно существующие автоглорифицирующие матрицы как чужих, так и собственных сообществ. В данной работе мы предлагаем рассматривать литературу в широком смысле как поле производства эмоциональных матриц, которые в дальнейшем, став частью национального литературного канона о войне, де-факто превратятся в своеобразную обязательную модель общенационального чувствования войны будущими поколениями граждан Украины.

Number of purchasers: 2, views: 115

Readers community rating: votes 0

1. Abibok 2017 – Abibok Yu. Vladimir Rafeenko o svoem novom romane – a takzhe o smerti, prevrashheniyax i Doneczke, v kotory`j nevozmozhno vernut`sya 2017 // Informacionnoe agentstvo “OstroV”. 10.11.2017. https://www.ostro.org/general/society/articles/536140

2. Bilina 2016 – Bilina P. Vijna kliche. Stan` peremozhcem! Notatki na polyax rosijsko-ukrains`koi vijni. Ternopil`: Dzhura.

3. Gorovij 2016 – Gorovij R. Kazki na nich. Xar`kiv: Klub simejnogo dozvillya.

4. Zhadan 2017 – Zhadan S. Internat. Chernivczi: Meridian Czernowitz.

5. Zakon Ukraїni 2014 – Zakon Ukraїni. Pro zabezpechennya prav і svobod vnutrіshn`o peremіshhenix osіb. 20.10.2014 // Verxovna Rada Ukraїny`. Zakonodavstvo Ukraїny`. https://zakon.rada.gov.ua/laws/show/1706-18

6. Zinenko 2016 – Zinenko R. Ilovajskij dnevnik. Xar`kov: Folio.

7. Pozivnij “Virіj” 2016 – Pozivnij “Virіj”. Zhadannya frontu. Marіupol`; Kiїv: Mena; Domіnant.

8. Pozy`vnoj “Voland” 2016 – Pozy`vnoj “Voland”. Val`galla-e`kspress. 2-e izd., dop. Mena: Izd-vo “Dominant”.

9. Polozhij 2015 – Polozhij E. Ilovajsk. Rasskazy` o nastoyashhix lyudyax. Xar`kov: Folio.

10. Polozhij 2016 – Polozhij E. 5 sekund, 5 dniv. Kiїv: Nora-Druk.

11. Rafeenko 2017 – Rafeenko V. Dolgota dnej. Xar`kov: Fabula.

12. Surzhenko 2014 – Surzhenko M. ATO. Ictorii zi Cxodu na Zaxid. Brusturi: Discursus.

13. Surzhenko 2015 – Curzhenko M. Nove zhittya. Ictorii z Zaxodu na Sxid. Brusturіv: Discursus.

14. Chex 2017 – Chex A. Tochka nul`. Xar`kov: Vivat Publishing.

15. Assmann, A., and J. Assmann. 2001. Kanon i tsenzura [Canon and Censorship] In Nemetskoe filosofskoe literaturovedenie nashikh dnei [German Philosophical Literary Criticism Today], edited by I.P. Smirnov, D. Uffel’man, and K. Shramm, 125–155. St. Petersburg: Izdatel’stvo Sankt-Peterburgskogo universiteta.

16. Anderson, B. 2016. Voobrazhaemye soobshchestva. Razmyshleniia ob istokakh i rasprostranenii natsionalizma [Imagined Communities: Reflections on the Origin and Spread of Nationalism]. Moscow: Kuchkovo pole.

17. Gerasimov, V. 2020. Emotsional’nye matritsy ukrainskikh kombatantov v khudozhestvennoi literature ob ATO [Emotional Matrices of Ukrainian Combatants in Fiction about ATO]. Neprikosnovennyi zapas 1 (129): 180–194.

18. Gomza, I., and N. Koval. 2015. The Winter of Our Discontent: Emotions and Contentious Politics in Ukraine during Euromaidan. Kyiv-Mohyla Law & Politics Journal 1: 39–62. https://doi.org/10.18523/kmlpj52673.2015-1.39-62

19. Palmer, Ya. 2018. Istoriia emotsii [The History of Emotions]. Moscow: Novoe literaturnoe obozrenie.

20. Polishchuk, Ya. 2018. Metaphoric i metonimiia Donbasu [Metaphor and Metonymy to Donbass]. Kritika 1–2: 12–19.

21. Portnov, A. 2016. “Donbass” kak Drugoi. Ukrainskie intellektual’nye diskursy do i vo vremia voiny [“Donbass” as Another: Ukrainian Intellectual Discussions before and during the War]. Neprikosnovennyi zapas 1 (110): 103–118.

22. Reddy, W.M. 2001 The Navigation of Feeling: A Framework for the History of Emotions. Cambridge: Cambridge University Press.

23. Rosenwein, B.H. 2006. Emotional Communities in the Early Middle Ages. New York: Cornell University Press.

24. Rosenwein, B.H. 2010. Problems and Methods in the History of Emotions. Passions in Context: International Journal for the History and Theory of Emotions 1: 1–32.

25. Terts, A. 1988. Chto takoe sotsialisticheskii realizm [What is Socialist Realism]. Paris: Syntaxis.

26. Zorin, A. 2016. Poiavlenie geroia. Iz istorii russkoi emotsional’noi kul’tury kontsa XVIII – nachala XIX veka [The Rise of a Hero: From the History of Russian Emotional Culture, Late 18th Century and Early 19th Century]. Moscow: Novoe literaturnoe obozrenie.

Система Orphus

Loading...
Up