Anthropology beyond Human: Post-Humanistic Influences [Antropologiia za predelami chelovecheskogo: postgumanisticheskie vliianiia]

 
PIIS086954150013590-9-1
DOI10.31857/S086954150013590-9
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: Researcher
Affiliation: Institute of Archeology and Ethnology, Polish Academy of Sciences
Address: Warsaw, Poland
Journal nameEtnograficheskoe obozrenie
Edition№1
Pages5-12
Abstract

Introducing a special theme of the issue on “Animal Turn in Anthropology”, the article presents a spectrum of posthumanist trends in contemporary humanities such as eco-criticism, animal history, animal geography, animal studies, anthropology of non-human subjects, or multi-species ethnography. Their appearance is associated with the growing influence of the achievements of the biological sciences in the humanities, as well as with the growing environmental crisis. The inseparability of humans (and their activities) from the rest of the living and inanimate world is emphasized by the concept of the Anthropocene – the geological era in which the Earth is now. Human, who until recently was considered as belonging to a separate and the highest category, begins to be considered in the humanities as one of many species, and human culture as a product of evolution. At the same time, other living beings are increasingly studied like human communities, and researchers recognize their agency and subjectivity. The thematic section features contributions by Anastasiia Lokteva, Magdalena Kozhevnikova, Kirill Rossiianov, Oxana Timofeeva, and Gabriela Jarzebowska.

Keywordscultural anthropology, animal turn, posthumanism, animal studies, non-human subjects, nonhuman animals
Received16.02.2021
Publication date25.02.2021
Number of characters19620
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Современные гуманитарные науки (постгуманизм) расширили сферу своих интересов до, как может показаться, абсолютного предела: помимо человека и культуры как его продукта, в нее вошла вся биологическая жизнь и даже неживые геологические образования. Изучаются взаимоотношения между людьми и другими животными, растениями и микроорганизмами, био-геологические и био-технологические сообщества, а исторические и географические вопросы рассматриваются с перспективы нечеловеческих субъектов.
2 Один из самых широких подходов предлагает экологическая гуманитаристика: “Распознание и признание связи не только с нечеловеческими формами жизни (другими землянами), но и с минеральной Землей является непременным условием выживания нашего вида, а также лучшего понимания наших собственных, т.е. планетарных, проблем” (Bakke 2020: 183–184), из чего следует, что глобальная, планетарная перспектива – это “наша”, внутренняя, близкая нам (людям) перспектива, наша составляющая. Включение в экологическую гуманистику помимо биологических существ того, что является неодушевленным и минеральным, означает еще более радикальное открытие человека нечеловеческому, позволяя в некотором смысле восстановить онтологические отношения с космической материей, которая формирует наши тела, и включить в сознание отдаленные периоды космической эволюции (ср.: Bakke 2020: 184).
3 Экологические гуманитарные науки используют планетарную перспективу и подчеркивают совместную эволюцию биологических и минеральных видов. Как пишет культуролог М. Бакке,
4 метаболические сети потоков материи и энергии связывают живые организмы с неодушевленно-минеральными формами организации материи. Расширение перспективы экологических гуманитарных наук на минеральные виды означает достижение материальности дочеловеческой и даже добиологической земной среды, а также выход за пределы нашей планеты к другим телам Солнечной системы, с помощью которых мы создаем материально-минеральное сообщество (Там же: 167).
5 Таким образом, изучаются уже bios, zoe и geos, нередко в качестве био-геологических сообществ. И хотя выход за рамки того, что непосредственно связано с человеком, может показаться противоречащим духу гуманизма, он соответствует многолетней тенденции учитывать и познавать глубокие связи человека с другими существами и окружающей средой – связи, которые подчеркиваются названием геологической эпохи, в которой мы живем: “антропоцен”1. 1. Термин “антропоцен” был предложен в 2000 г. П. Крутценом, лауреатом Нобелевской премии по химии. В настоящее время это неофициальное название постулируемой научным сообществом геологической эпохи, характеризующейся значительным влиянием человека на экосистему и геологическую систему Земли. Это влияние будет видно по окаменелостям в будущем. Предлагаемая учеными датировка начала антропоцена: либо около 10–4 тыс. лет до н.э. (эпоха неолитической революции), либо конец XVIII в. (промышленная революция), либо середина XX в. (атомная эра).
6 Поскольку биологические науки становятся важным источником (не только stricte биологического) знания о человеке и его среде, выдвигается постулат о необходимости учитывать их достижения в гуманитарной сфере, что было бы также реализацией постулатов “третьей культуры”, предложенной в 1990-е годы Дж. Брокманом, подразумевающим под этим понятием диалог представителей гуманитарных и естественных наук, язык которого не герметичен и позволяет проводить трансдисциплинарный поиск ответов на ключевые философские вопросы. В настоящее время даже самые консервативные гуманитарии вынуждены принимать во внимание тот факт, что постгуманистическое направление, признающее субъектами не только людей, но и животных, растения, роботов, гибридов, искусственный интеллект и т.п., привлекает все большее количество ученых, представляющих различные дисциплины, и перестает считаться нишевым также и в России. С внечеловеческой перспективы ведутся, например, исторические (animate history) и литературоведческие (экокритика) исследования, исследования в области истории искусства и эстетики (не только животных в искусстве, но также искусства и архитектуры в мире животных) или географические исследования (animal geography).

Number of purchasers: 0, views: 939

Readers community rating: votes 0

1. Bakke, M. 2011. Studia nad zwierzętami: od aktywizmu do akademii i z powrotem? [Animal Studies: From Activism to Academia and Back Again?]. Teksty Drugie 3: 193–204.

2. Bakke, M. 2020. Gdy stawka jest większa niż życie. Sztuka wobec mineralno-biologicznych wspólnot [When the Stake Is Greater than Life: Art in Regard to Mineral-Biological Communities]. Teksty Drugie 1: 165–185.

3. Bogusławski, M.M. 2019. Posthumanizm jako ideologia i perspektywa badawcza [Posthumanism as an Ideology and Research Perspective]. Hybris 46: 1–39.

4. Collard, R.-C., and K. Gillespie, eds. 2015. Critical Animal Geographies: Politics, Intersections, and Hierarchies in a Multispecies World. New York: Routledge.

5. Dooren van, Th., E. Kirksey, and U. Münster. 2016. Multispecies Studies: Cultivating Arts of Attentiveness. Environmental Humanities 8 (1): 1–23.

6. Selosse, M.-A. 2019. Nigdy osobno [Never Alone]. Kraków: Wydawnictwo Literackie.

7. Smart, A. 2014. Critical Perspectives on Multispecies Ethnography. Critique of Anthropology 34 (I): 3–7.

8. Weil, K. 2014. Zwrot ku zwierzętom. Sprawozdanie [Animal Turn: Report]. In Zwierzęta, gender i kultura: Perspektywa ekologiczna, etyczna i krytyczna [Animals, Gender and Culture: Ecological, Ethical and Critical Perspective], edited by A. Barcz and M. Dąbrowska, 15–36. Lublin: E-naukowiec.

Система Orphus

Loading...
Up