Anomie as a Fundamental Concept of Social Theory in the Context of Modern Capitalism

 
PIIS004287440003616-2-1
DOI10.31857/S004287440003616-2
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: Associate Professor of the Department of Social Philosophy and Philosophy of History
Affiliation: Moscow State University M. V. Lomonosova
Address: Russian Federation
Journal nameVoprosy filosofii
EditionIssue 1
Pages35-38
Abstract

  

Keywords
AcknowledgmentThe article is supported by the RFBR, project № 18-011-00980 The social evolution and progress in the social philosophy: the interdisciplinary synthesis.
Received13.02.2019
Publication date19.02.2019
Number of characters8333
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 История капитализма – история кризисов. Вот лишь наиболее заметные: кризис капитализма Laissez-faire, империализма, «всеобщего благосостояния»… Каждый из данных кризисов не только оживлял критику капитализма, но и порождал прогнозы о его скором и неминуемом конце. Но раз за разом капитализм справлялся с трудностями, которые постфактум оказывались менее фатальными, становясь, напротив, более стабильным и устойчивым. В то же время предлагавшиеся альтернативы в случаях, если их удавалось реализовать, заканчивались провалами и возвратом к капиталистической эволюции. Создается впечатление, что кризисы капитализма – некоторая свойственная ему форма развития, а сопровождающая их критика – один из факторов успешности развития. Действительно, капиталистическому обществу свойствен ряд механизмов самокоррекции – институтов и процедур, позволяющих выявлять и исправлять недостатки общества [Момджян и др. 2016]. Важнейшим из подобных механизмов, по-видимому, является специфическая форма государства, часто называемая «демократией».
2 Однако современный капитализм, на мой взгляд, столкнулся со значительно более глубоким кризисом, имеющим системный характер, а главное, блокирующим традиционные для капитализма механизмы самокоррекции. Я называю данный кризис «тотальной аномией», заимствуя часть термина у Э. Дюркгейма. Тотальная аномия – ситуация устранения всякой социальной нормативности и замены ее альтернативностью, т.е. упразднение нормы как таковой и признание вместо нее ничем не ограниченного поля равноправных вариантов – ценностных, поведенческих, институциональных. Хотелось бы подчеркнуть, что речь идет не об эволюции норм, не о естественной, хотя и болезненной смене одной нормативной системы другой, без чего невозможно развитие общества, но именно о полном устранении нормы как таковой.
3 Тотальная аномия имеет свою идеологию, философским ядром которой выступает постмодернизм, деиерархизирующий ее, превращающий социальную реальность в совокупность ограничивающих свободу условных конструктов, выступающих объективацией чьих-то корыстных (властных) интересов, снабженных статусом принудительности. Игра как форма деятельности, характеризующаяся условностью и произвольной изменчивостью правил, превращается в модель социальной практики вообще. Идеология тотальной аномии включает в себя также ряд нарративов среднего уровня и конкретных практических программ, непосредственно реализуемых в социальной действительности. Осуществление тотальной аномии будет означать разрушение групповой дифференциации общества и социальных институтов (причем не каких-то конкретно, а вообще), лишение каждого из них обязательности и неслучайности.
4 В социальной структуре такого общества будут преобладать самореферентные группы, к которым человек принадлежит исключительно на основании собственного выбора (сейчас мы видим это на примере гендеров). Подобным группам не свойственна устойчивость. Исчезнет маргинальность, более того, прежняя маргинальность – путь в новую элиту (мы называем это «парадоксом меньшинств»). Впрочем, элитарность тоже будет «текучей», ее смысл сохраняется лишь на переходный период, выступая способом реабилитации и преобразования маргинальности.

Number of purchasers: 3, views: 1693

Readers community rating: votes 0

1. Kasavin, Ilya T. (2017) ‘Norms in Cognition and Cognition of Norms’, Epistemology & Philosophy of Science, 2017, 54, 4, pp. 8–19 (in Russian).

2. Kelsen, Hans (1992) Introduction to the Problems of Legal Theory, Clarendon Press, Oxford.

3. Kennedy, Duncan (2004) ‘The Disenchantment of Logically Formal Legal Rationality, or Max Weber’s Sociology in the Genealogy of the Contemporary Mode of Western Legal Thought’, Hastings Law Journal, 2004, 55, pp. 1031–1076.

4. Krzhevov, Vladimir S. (2015) ‘On the Specific Character of the Methods of Social Sciences’, Epistemology & Philosophy of Science, 2015, 45, 3, pp. 23–28 (in Russian).

5. Tukhvatulina, Liana A. (2017) ‘Rationality in Law: Niklas Luhmann’s Approach’, Epistemology & Philosophy of Science, 2017, 54, 4, pp. 175–190 (in Russian).

6. Wacks, Raymond (2012) Understanding Jurisprudence. An Introduction to Legal Theory, Oxford University Press, Oxford.

Система Orphus

Loading...
Up