The Evolution of German Strategy towards the Syrian Direction: Political-Military Aspects

 
PIIS086919080007568-1-1
DOI10.31857/S086919080007568-1
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: Senior Research Fellow of the Institute of World History
Address: Russian Federation,
Affiliation: Senior Research Fellow of the Department of Europe and America, Institute of Scientific Information on Social Sciences of the Russian Academy of Sciences
Address: Moscow, Russia
Journal nameVostok. Afro-Aziatskie obshchestva: istoriia i sovremennost
EditionIssue 6
Pages207-218
Abstract

In modern realities, the Syrian conflict has had an immeasurably greater im-pact on the security of Germany than other armed conflicts in Asian and Afri-can states. In the 2010s, the key threats of instability emanating from the terri-tory of the Syrian Arab Republic (SAR) were mass uncontrolled migration to Germany and its EU partner states, as well as the growth of terrorist activity. At the same time, Germany's ability to maintain and even more so to strength-en its positions in the Near East is largely determined by the degree of its influ-ence on the resolution of the armed conflict in Syria. The aim of the article is to consider the evolution of the German position regarding the solution of the "Syrian question" in the political and military context. The focus of attention is on the alternate change between the positive (strengthening of positions in Syr-ia in conjunction with its transformation into a "security zone" in relative prox-imity to the EU borders) and negative (repelling real threats coming from the territory of the SAR) policy objectives of Germany, their determination. The article is divided chronologically, into three periods (2012–2014, 2015–2017 and since 2018). Their boundaries are determined by the significant changes in the situation in Syria.The paper notes that German approach to the usage of its military power bases on the concept of “strategic restraint”. It means that Germany refuses the combat use of Bundeswehr principally and also refuses any forms of troops` ground usage. These features of German troops` usage in Syrian case are de-termined by the survivability of the "old" Syrian government criticized by Germany as well as Germany’s unwillingness to take the risk of collisions with the Russian and Iranian armed forces operating in Syria. In diplomatic sphere, Germany, on the one hand, consistently supports the “moderate” opposition. On the other hand, Germany is increasingly compelled to take into account the approaches of not only Western partners led by the USA and, also, Turkey’s “special position” but also the interests of the coalition of the Syrian govern-ment – Russia – Iran. In the conclusion, the authors cover the strategic dilem-ma of German strategy towards Syria and shows the potential way of its over-coming.

KeywordsGermany, Middle East, Syria, armed conflict, security challenges, resolution
Received15.11.2019
Publication date16.12.2019
Number of characters32850
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Вооруженный конфликт в Сирии имеет для Германии двоякое значение. Участие в его урегулировании, особенно на начальных (до 2015 г.) стадиях, рассматривалось ФРГ как «окно возможностей» для полноценного встраивания – в качестве значимого внешнего игрока – в региональную подсистему Ближнего и Среднего Востока (БСВ). Эта схема с 1990-х гг. реализовывалась Германией на Балканах, где ФРГ оказалась одним из архитекторов формировавшегося постюгославского пространства, и с 2002 г. – в Афганистане, однако, как выяснилось к середине 2010-х гг., с существенно меньшим успехом.
2 На ближневосточном направлении первой фазой попыток ФРГ встроиться в региональную подсистему следует признать политико-дипломатическое участие – с середины 1990-х гг. – в урегулировании арабо-израильского конфликта. В качестве основы для его успешного осуществления Германия последовательно рассматривала принципы создания двух государств (не только Израиля, но и Палестины) с эффективно действующими системами власти [Der Nahostkonflikt, 2018] и соблюдения территориальной целостности мусульманских стран – соседей официального Тель-Авива. Лишь пошаговая реализация этих задач (несмотря на срыв переговорных процессов «Осло-1» и «Осло-2» в 1990-е гг. и «дорожной карты» ближневосточного квартета в 2003 г.) могла обеспечить безопасное существование Израиля, за который Германия несла особую историческую ответственность – прежде всего из-за холокоста [Ibid.].
3 Вскоре после завершения 33-дневной войны на юге Ливана (2006 г.), сторонами которой де-факто выступили Израиль и движение «Хезболла», правительство ФРГ направило в состав развернутой в зоне конфликта миротворческой миссии ООН – UNIFIL крупный контингент (с «потолком» в 2.4 тыс. военнослужащих). Вклад бундесвера в дело снятия морской блокады Ливана (т.е. в восстановление пассажирского и транспортного морского сообщения) и в воссоздание сил береговой охраны правительственных войск страны [Antrag… Drucksache 16/6278, 2007, S. 4–7] должен был продемонстрировать готовность и способность ФРГ играть роль регионального миротворца. Восстановление боеспособности (в том числе благодаря техническому переоснащению радарами и катерами, переданными Германией) [Einsatz der Bundeswehr, 2019] береговых войск Ливана оказалось весьма важным для обеспечения безопасности самой ФРГ: эти силы стали одним из барьеров, преграждающих путь потокам беженцев из зоны сирийско-иракского конфликта с середины 2010-х гг. Иллюстрацией важности этой задачи для ЕС является запуск (с 2015 г.) профильной операции «София» в Средиземном море; ее результат во многом определяется эффективностью действий именно ливанских сил охраны побережья, реорганизованных при ведущем участии ФРГ.
4 Сирия в не меньшей степени, чем Ливан, ценна для Германии и ее партнеров по ЕС как потенциальная «буферная зона», способная абсорбировать проецируемые извне угрозы безопасности – из более отдаленных государств Ближнего и Среднего Востока (БСВ). Страны – участницы Европейского союза стали особенно чувствительными к ним с середины 2000-х гг. вследствие расширения на балканские государства структур Евро-Атлантического сообщества, т.е. приближения его в географическом плане к БСВ. САР была важна и как потенциальная площадка для привития на ее политической почве (особенно с учетом проживания в стране к началу конфликта большого числа христиан) западных демократических принципов и правил. Теоретическую возможность для подобной трансформации САР открывал конфликт между «умеренной» оппозицией и правительством страны во главе с Башаром Асадом, сразу же (с весны 2011 г.) приобретший силовые формы. С юридической точки зрения «точкой невозврата» в сближении «новой Сирии» с Евро-Атлантическим сообществом должно было стать заключение первого соглашения об ассоциации и стабилизации с ЕС, что легализовало бы разноплановое (политическое, экономическое, военное) присутствие западных стран на сирийской территории. В выстраиваемой ФРГ стратегической линии по решению «сирийского вопроса» указанные позитивные цели преобладали на первом этапе развития вооруженного конфликта (до 2015 г.).

Number of purchasers: 0, views: 887

Readers community rating: votes 0

1. Арзаманова Т.В. Позиция Германии во время ливийского кризиса – 2011: новая внешнеполитическая стратегия или предвыборный маневр? Европейская безопасность: события, оценки, прогнозы. 2011, № 26 (42). С. 11–15 [Arzamanova T.V. Germany's position during the Libyan crisis – 2011: New foreign policy strategy or election maneuver? European security: events, assessments, forecasts. 2011 No. 26 (42). Pp. 11–15 (in Russian)].

2. Сапронова М. Сирия, G8 и особая позиция России. Военно-промышленный курьер. 2013. № 26 (494). С. 1–3 [Sapronova M. Syria, G8 and Russia's special position. Voenno-promyshlennyi kur’er. 2013. № 26 (494). Pp. 1–3 (in Russian)].

3. Antrag der Bundesregierung. Einsatz bewaffneter deutscher Streitkräfte zur nachhaltigen Bekämpfung des IS-Terrors und zur umfassenden Stabilisierung Iraks. Deutscher Bundestag, 19. Wahlperiode. Drucksache 19/1093, 07.03.2018.

4. Antrag der Bundesregierung. Fortsetzung der Beteiligung bewaffneter deutscher Streitkräfte an der EU-geführten Ausbildungsmission EUTM Mali. Deutscher Bundestag, 18. Wahlperiode. Drucksache 18/437, 05.02.2014.

5. Antrag der Bundesregierung. Fortsetzung des Einsatzes bewaffneter deutscher Streitkräfte im Rahmen der „United Nations Interim Force in Lebanon“ (UNIFIL). Deutscher Bundestag, 16. Wahlperiode. Drucksache 16/6278, 28.08.2007.

6. Antwort der Bundesregierung auf die Kleine Anfrage der Abgeordneten U. Jellpke, Dr. A. Hahn, G. Akbulut, weiterer Abgeordneter und der Fraktion DIE LINKE. – Drucksache 19/6817 – Unterstützung der Nationalkoalition syrischer Revolutions- und Oppositionskräfte (ETILAF) durch die Bundesregierung. Deutscher Bundestag, 19. Wahlperiode. Drucksache 19/7562, 06.02.2019.

7. Kleine Anfrage der Abgeordeneten F. Pasemann, M. Büttner, A.-P. Hampel, Dr. R. Hartwig, Dr. H. Weyel, J. Rohl, U.T. Hemmelgarn, S. Münzenmaier und der Fraktion der AfD. Deutscher Bundestag, 19. Wahlperiode. Drucksache 19/11332, 03.07.2019.

8. Die Kurden im Irak und in Syrien nach dem Ende der Territorialherrschaft des «Islamischen Staates». Seufert G. (Hrsg.). SWP-Studie № 11. Juli 2018.

9. Entschließungsantrag der Abgeordneten S. Dağdelen, H. Hänsel, Dr. A.S. Neu, M. Brandt, Dr. D. Dehm, M. Höhn, A. Hunko, St. Liebich, Z. Nastic, Th. Nord, T. Pflüger, E.-M. Schreiber, H. Evrim Sommer, A. Ulrich, K. Vogler und der Fraktion DIE LINKE zu der Beratung des Antrags der Bundesregierung – Drucksachen 19/4719, 19/5051 – Fortsetzung der Beteiligung bewaffneter deutscher Streitkräfte zur nachhaltigen Bekämpfung des IS-Terrors und zur umfassenden Stabilisierung Iraks. Deutscher Bundestag, 19. Wahlperiode. Drucksache 19/5080, 16.10.2018.

10. Parlamentsbeteiligung beim Abzug der Bundeswehr aus Incirlik. Deutscher Bundestag: Wissenschaftliche Dienste. WD 2 – 3000 – 056/17. Juni 2017.

11. Rechtsfragen einer etwaigen Beteiligung der Bundeswehr an möglichen Militärschlägen der Alliierten gegen das Assad-Regime in Syrien. Deutscher Bundestag: Wissenschaftliche Dienste. WD 2 – 3000 – 130/18. September 2018.

12. Rede von Ursula von der Leyen. Plenarprotokoll 18/142. Deutscher Bundestag, 18 Wahlperiode. Stenografischer Bericht 142. Sitzung. Berlin, Mittwoch, den 2. Dezember 2015. S. 13876C–13877А.

13. Steinberg G. Ahrar ash-Sham: Die «syrischen Taliban». SWP-Aktuell. April 2016.

Система Orphus

Loading...
Up