Города юго-востока римской Британии: римский империализм, бриттские традиции и особенности урбанизации провинции

 
Код статьиS032103910013043-0-1
DOI10.31857/S032103910013043-0
Тип публикации Статья
Статус публикации Одобрена к публикации
Авторы
Должность: научный сотрудник
Аффилиация: кафедра истории древнего мира и классических языков Института Международных Отношений и Мировой Истории ННГУ им. Н.И. Лобачевского, Нижний Новгород
Адрес: Калуга, улица Тульская, д. 56, кв. 42, индекс 248023
Аннотация

Статья посвящена проблеме урбанизации юго-востока римской Британии. В центре внимания находятся крупные города региона: Лондиний, Камулодун, Веруламий, Каллева, Новиомаг, Вента бельгов и Дуроверн. Несмотря на значительные сходства в развитии каждый из рассматриваемых городских центров представляет собой особенный вариант римско-британского урбанизма, специфика которого предопределялась несколькими группами факторов. Ключевые факторы можно условно обозначить как «римский» (деятельность провинциальной администрации, активность выходцев с континента), «бриттский» (воля и возможность местных элит включаться в процесс урбанизации, стремление бриттов, живущих в городах, сохранить свои идентичности) и «географический» (расположение поселения, его связь с системами коммуникаций, с доримскими центрами). В каждом конкретном случае римско-британского урбанизма влияние этих факторов оказывалось разным, что предопределяло специфику развития и судьбу поселения.

Ключевые словаЛондиний, Камулодун, Веруламий, Каллева, Новиомаг, Вента бельгов, Дуроверн, урбанизация, римско-британский урбанизм, римский империализм
Источник финансированияИсследование выполнено при финансовой поддержке РНФ, проект № 20-18-00374, выполняемый на базе ННГУ им. Н.И. Лобачевского.
Получено14.12.2020
Кол-во символов36177
100 руб.
При оформлении подписки на статью или выпуск пользователь получает возможность скачать PDF, оценить публикацию и связаться с автором. Для оформления подписки требуется авторизация.

Оператором распространения коммерческих препринтов является ГАУГН-ПРЕСС

Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной.
1

Остров, города и Империя

2 Римский период в истории Британии связан с целым рядом социокультурных, политических и экономических трансформаций. Сущность и характер этих перемен в последние десятилетия стали предметом жарких дискуссий, в которых ряд исследователей настаивал на отказе от привычных оценок и критическом переосмыслении феномена римского империализма. Главной жертвой теоретических сражений оказалась идея «романизации», такая родная и близкая большинству представителей римско-британской историографии двадцатого века. Еще недавно казавшаяся понятной и убедительной концепция получила ранения, едва совместимые с полноценной жизнью1. 1. Краткий обзор дискуссии (не ограничивающейся только римско-британским материалом) см.: Барышников 2012а, 2012б; см. также Барышников 2020 (в печати). Для понимания современного состояния проблемы и возможных перспектив развития см. новейшую статью Владимира Михайловича: Mihajlovic 2019. Отметим, впрочем, что отказ от использования понятия «романизация» и связанных с ним теоретических подходов характерен прежде всего для британской и нидерландской исследовательских школ. Несмотря на то, что на современном этапе к дебатам активно подключились представители других национальных традиций изучения римских провинций и империализма, «антироманизационный» дискурс вряд ли можно признать универсальным для мирового антиковедения.
3 Впрочем, радикальный пересмотр устоявшихся представлений о процессе превращения острова (равно как и других регионов Империи) в часть римского мира затронул не все тезисы, традиционные для рассказов о римской экспансии и ее последствиях. Среди уцелевших оказались сформулированные еще Ф. Хэверфилдом положения об инициированной Римом урбанизации Британии и особой роли городов в социокультурной трансформации региона2. Развитие провинциальных городских центров по-прежнему рассматривается в тесной связи с культурно-экономическими и политическим аспектами римского империализма, а сам феномен римско-британского урбанизма понимается как один из непосредственных результатов римской экспансии3. 2. Haverfield 1923, 14–15.

3. Насколько можно судить, это верно не только для исследований римской Британии, подобные взгляды являются частью общепринятого понимания римского империализма и влияния Римской империи на покоренные территории: e.g., Revell 2009, 42ff., Morley 2012, 55-57; Burton 2019, 87−89.
4 При этом представления о сущности процесса урбанизации менялись4. В течение долгого времени господствовало представление о ключевой роли военного фактора в появлении и эволюции городов. Так, Г. Уэбстер, Ш. Фриэр и Дж. Уочер связывали основание и дальнейшее развитие городов с перемещениями частей римской армии и их непосредственным участием в создании провинциальной инфраструктуры5. Согласно такой модели, ключевая роль в урбанизации отводилась Риму и его инициативе; города обычно появлялись на месте постоянных лагерей (как колония в Камулодуне), оставленных войсками, либо «вырастали» из прилегавших к укрепленным пунктам канаб (как в случае с Эбораком). Иная схема была предложена М. Миллеттом, который выдвинул тезис об активном участии бриттских элит в процессах социокультурной трансформации острова. Возникновение городов и распространение городского образа жизни, по его мнению, было во многом связано с желанием части бриттов «встроиться» в новую реальность, создаваемую Империей6. Развивая идею о самостоятельной роли бриттских элит, стремившихся перенять элементы имперского образа жизни, Дж. Крайтон дополнил и усложнил построения Миллетта, связав появление ряда поселений юга и востока Британии с деятельностью конкретных правителей и династий, контролировавших данные территории накануне римского вторжения7. 4. Краткий, но содержательный обзор см.: Creighton 2006, 71−78.

5. Webster 1966; Frere 1987, 230ff. (первое издание – 1967 года); Wacher 1975.

6. Millett 2005, 75, fig. 20 (со ссылкой на Millett 1984). Стоит подчеркнуть, что Миллетт не отрицал «военного» фактора в урбанизации провинции, но указывал на преемственность политической организации обществ доримского и римского времени.

7. Creighton 2006.
5 Подобное изменение интерпретаций вкупе с расширением источниковой базы ставят перед исследователями вопрос о сущности феномена урбанизма в римской Британии. Была ли урбанизация острова единообразным процессом, направляемым и управляемым Римом и/или местными элитами? Какие факторы определяли конкретные варианты развития римско-британских городов? Представляется важным рассмотреть эти вопросы на материале крупных городских центров юго-востока Британии, основание которых относится к первым десятилетиям существования провинции: Лондинии, колонии ветеранов в Камулодуне, Каллеве, Новиомаге, Венте бельгов, муниципии Веруламий, Дуроверне8. 8. Современные Лондон, Колчестер, Силчестер, Чичестер, Уинчестер, Сент-Олбанс и Кентербери соответственно.

Система Orphus

Загрузка...
Вверх