The Refusal Speech Act in Russian Everyday Speech (Considering the Social Relations Aspect)

 
PIIS013161170005694-2-1
DOI10.31857/S013161170005694-2
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: Saint-Petersburg State University
Address: Russian Federation, Saint-Petersburg
Journal nameRusskaya Rech’
EditionIssue 5
Pages79-92
Abstract

The article discusses speech acts of refusal, which are realized by means of a non-particular (acting as a non-particle) word net in Russian oral speech. The article focuses on social relationship of the speakers. The context analysis was based on the samples from Russian everyday speech corpus “One Speaker’s Day”, which is one of the most representative sources for the study of contemporary Russian oral discourse. 

As a result of the analysis we selected and qualified various ways of expressing the speech act of refusal, detected cases of categorical and noncategorical refusal to respond to a request or a suggestion and traced the impact of social relationship of the speakers to such type of refusal. 

The whole analysis is based on the ratio of the speaker’s and the listener’s (interlocutor’s) speech acts. The article considers the cases of symmetrical (equal) and asymmetrical (unequal) social relationships between the interlocutors. We analyzed a number of contexts which include the word net acting as a non-particle.  The contexts were extracted from transcripts of 89 macro-episodes, which were recorded from 24 informants and their communicators (more than 26 hours of the recording, 257 639 word-usages). The results of this study can be used not only to complete a full description of refusal speech acts, but also to teach Russian as a foreign language and to study speech communication.

 

 

Keywords refusal speech act, speech corpus, everyday speech, communication, social relationship of speakers
Received25.09.2019
Publication date25.09.2019
Number of characters19275
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Дискуссия о сущности лингвистической прагматики показывает, что прагматика может пониматься как в широком смысле, включая социолингвистику, психолингвистику и другие области языкознания, связанные с функционированием языка в обществе, т. е. как лингвистика речи, так и в узком смысле – как отношение знака к человеку [Levinson 1983: 3]. Первый подход представляется наиболее интересным, и именно такое понимание прагматики принято в настоящем исследовании.
2 В каждом языке имеется лексика, обозначающая различные отношения между людьми, межличностные и институциональные, а также отношения между личностью и обществом. Лексические значения таких слов содержат в себе указания на характер подобных отношений, которые упрощенно можно разделить на отношения подчинения, или зависимости (асимметричные), и отношения равенства (симметричные) [Крысин 2000: 38]. В повседневной коммуникации в каждом речевом акте (РА) говорящий выбирает ту или иную социальную роль из конкретного, присущего лично ему, ролевого набора (отец, муж, сын, профессор, директор фирмы, клиент и т. д.) и в соответствии с этой ролью строит свою речь. Измерение смысла слова с позиции речевых актов дает возможность учесть факторы, относящиеся к сфере коммуникантов: характерные признаки личности, интенции, установки, межличностные отношения собеседников [Девкин 1979: 25]. Ролевое взаимодействие людей в большинстве ситуаций вербально, поэтому успех общения в значительной мере зависит от того, в достаточной ли степени владеют говорящий и слушающий формами языка, пригодными для данной ситуации [Крысин 2004: 430].
3 Настоящая работа посвящена описанию речевого акта отказа, реализованного с помощью непартикулярного (выступающего в роли не-частицы) слова нет1. Внимание сосредоточено на симметричности / асимметричности социальных отношений участников общения2, в статье рассматривается, как эти отношения влияют на характер РА отказа – в ответ на просьбу или предложение / совет. Речевой акт отказа – это акт негативной реакции, возникающей в ответ на просьбу, требование или приказ собеседника, при котором говорящий не имеет возможности или желания выполнить требуемое действие (вербальное или невербальное) [Боргер 2004: 15]. Можно сказать, что речевой акт отказа является «иллокутивным вынуждением», под которым понимается одна из связей, одно из проявлений законов сцепления, действующих на пространстве диалога, это прагматическая необходимость, определяемая контекстом ситуации, социальными и психологическими мотивами [Баранов, Крейдлин 1992]. 1. По данным анализа материалов «ОРД», слово нет имеет высокий, 32-й, ранг в частотном словнике, на его долю приходится 0,47 % всех словоупотреблений в корпусе (см.: [Русский язык повседневного общения… 2016]).

2. О принципе симметричности / асимметричности отношений см.: [Беликов, Крысин 2001: 201–202]).
4 Источником материала для настоящего исследования послужил звуковой корпус русской повседневной речи «Один речевой день» («ОРД»), один из наиболее представительных на сегодняшний день ресурсов для исследования современного русского устного дискурса, который разрабатывается в Санкт-Петербургском государственном университете (см. о нем подробнее: [Asinovsky et al. 2009; Богданова-Бегларян и др. 2015, 2017, 2019]). Для конкретного анализа был создан небольшой пользовательский подкорпус, включающий контексты со словом нет в рассматриваемой функции. Контексты извлечены из расшифровок 89 макроэпизодов, записанных от 24 информантов и их коммуникантов (всего более 26 часов звучания, 257 639 словоупотреблений3). 3. Под словоупотреблением понимается фрагмент текста «от пробела до пробела». При этом в число словоупотреблений попадают и знаки расшифровки, и невербальные элементы звукового потока, и разного рода речевые сбои и обрывы. Думается, однако, что и при таком, несколько условном, понимании термина общая картина материала оказывается вполне достоверной.

Number of purchasers: 2, views: 386

Readers community rating: votes 0

1. Asinovsky А., Bogdanova N., Rusakova М., Ryko A., Stepanova S., Sherstinova T. The ORD Speech Corpus of Russian Everyday Communication “One Speaker’s Day”: Creation Principles and Annotation // The 12th International Conference on Text, Speech and Dialogue – TSD 2009. no. 5729. Berlin, Heidelberg: Springer, 2009, pp. 250–257. (In Eng.)

2. Baranov A. N., Kreidlin G. E. [Illocutive Coercion in the Structure of the Dialogue]. Voprosy Jazykoznania, 1992, no. 2, pp. 84–99. (In Russ.)

3. Belikov V. I., Krysin L. P. Sociolingvistika: uchebnik dlya vuzov [Sociolinguistics: Textbook for Universities]. Moscow, RGGU Publ., 2001. 439 p.

4. Bogdanova-Beglarian N. V., Asinovsky A. S., Blinova O. V., Markasova E. V., Ryko A. I., Sherstinova T. Ju. [Speech Corpus of Russian Language: a New Methodology for Analyzing of Oral Speech]. Jazyk i metod: Russkij jazyk v lingvisticheskikh issledovaniakh XXI veka [Language and Method: The Russian Language in the Linguistic Studies of the 21st Century]. Iss. 2. Krakow, 2015, pp. 357–372. (In Russ.)

5. Bogdanova-Beglarian N. V., Sherstinova T. Ju., Blinova O. V., Martynenko G. Ja. [Corpus “One Speaker’s Day” in Studies of Sociolinguistic Variability of Russian Colloquial Speech]. Trudy sed’mogo mezhdisciplinarnogo seminara “Analiz razgovornoj russkoj rechi (AR3-2017)” [Proceedings of the 7th Interdisciplinary Seminar “Analysis of Spoken Russian Speech (AR3-2017)”]. St Petersburg, 2017, pp. 14–20. (In Russ.)

6. Bogdanova-Beglarian N. V., Sherstinova T. Ju., Blinova O. V., Martynenko G. Ja. [The Corpus of the Russian Everyday Communication “One Speaker’s Day”: Current State and Prospects]. Trudy Instituta russkogo jazyka im. V. V. Vinogradova. [Proc. of the V. Vinogradov’s Institute of the Russian Language]. 2019, no. 21. In Print. (In Russ.)

7. Borger Ya. V. Kompleksnyi analiz rechevykh aktov negativnoj reakcii (na materiale sovremennykh dramaticheskikh proizvedenij). Avtoref. diss. … kand. filol. nauk [Comprehensive Analysis of Speech Acts of Negative Reaction (on the Material of Modern Dramatic Works). Abstract of PhD thesis.]. T’umen', 2004. 21 p.

8. Devkin V. D. Nemeckaja razgovornaja rech': sintaksis i leksika [German Spoken Language: Syntax and Vocabulary]. Moscow, 1979. 257 p.

9. Krysin L. P. [Social Labeling of Language Units]. Voprosy Jazykoznania, 2000, no. 4, pp. 26–42. (In Russ.)

10. Krysin L. P. Russkoe slovo, svojo i chuzhoe: Issledovania po sovremennomu russkomu jazyku i sociolingvictike [The Russian Word, Own and Others: Studies in Modern Russian and Sociolinguistics]. Moscow, LRC Publ., 2004. 888 p.

11. Larina T. V. Kategoria vezhlivosti i stil' kommunikacii: sopostavlenie anglijskikh i russkikh lingvokul'turnykh tradicij / Predislovie A. Vezhbitskoi [The Category of Politeness and Style of Communication: Comparison of English and Russian Linguocultural Traditions. Foreword A. Vezhbitskoi]. Moscow, LRC Publ., 2009, 512 p.

12. Levinson S. C. Pragmatics. Cambridge, Cambridge Univ. Press, 1983, 420 p.

13. Prokhorov Yu. E., Sternin I. A. Russkie: Kommunikativnoe povedenie [Russian: Communicative Behavior]. Moscow, Flinta: Nauka Publ., 2006, 238 p.

14. Russkij jazyk povsednevnogo obshchenia: osobennosti funkcionirovania v raznykh social'nykh gruppakh. Kollektivnaja monografia [Everyday Russian Language in Different Social Groups. Collective Monograph]. St Petersburg, LAIKA Publ., 2016, 244 p.

15. Sherstinova T. Yu., Ryko A. I., Stepanova S. B. [Annotation System in the ORD Speech Corpus]. Trudy XXXVIII Mezhdunar. filol. konf.: Formal'nye metody analiza russkoi rechi: materialy [Proc. Int. filol. conf.: Formal Methods of Analysis of Russian Language]. St. Petersburg, 2009, pp. 66–75. (In Russ.)

Система Orphus

Loading...
Up