V.B. Aksenov. Slukhi, obrazy, emotsii. Massovye nastroyeniya rossiyan v gody voiny i revolyutsii (1914–1918). Moscow, 2020

 
PIIS086956870012953-9-1
DOI10.31857/S086956870012953-9
Publication type Review
Source material for review В.Б. Аксёнов. Слухи, образы, эмоции. Массовые настроения россиян в годы войны и революции (1914–1918). М.: НЛО, 2020. 992 с.
Status Published
Authors
Affiliation: Institute of Scientific Information on Social Sciences of the Russian Academy of Sciences
Address: Russian Federation, Moscow
Journal nameRossiiskaia istoriia
EditionIssue 6
Pages191-196
Abstract

         

Keywords
Received19.10.2020
Publication date18.12.2020
Number of characters18116
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Тема рассматриваемой книги давно оформилась как направление исторических исследований. Советская историография традиционно обращалась к революционным настроениям «масс», противопоставляя их «реакционным» действиям буржуазии и «несознательных» элементов пролетариата и крестьянства. В последние десятилетия заявило о себе «патриотическое» крыло, фокусирующееся на примерах сознательности населения России, готовности людей к жертвам для защиты родины в годы Первой мировой войны1. Но означал ли «патриотизм» безоговорочную поддержку правительства? Носили ли действия Думы накануне революции патриотический характер? Где вообще проходит грань между патриотизмом и революционностью? Поиск ответов на эти и многие другие вопросы неизбежно приводит к дискуссиям о неизбежности революции 1917 г. и её характере. Пытаясь выйти из этого замкнутого круга, современные историки рассматривают революционную эпоху с новых сторон, привлекают новый методологический инструментарий и неизвестные до сих пор источники. Настроения человеческих сообществ прошлого всё чаще рассматриваются в контексте социальной психологии2, большое внимание уделяется образам и слухам как реакциям человека на окружающую действительность3. Расширяются рамки самой революции за счёт включения в неё Первой мировой войны4. 1. Борщукова Е.Д. Общественное мнение населения Российской империи о Первой мировой войне и защите Отечества (1914–1917). М., 2012.

2. Булдаков В.П., Леонтьева Т.Г. 1917 год. Элиты и толпы: культурные ландшафты русской революции. М., 2017.

3. Колоницкий Б.И. «Трагическая эротика»: образы императорской семьи в годы Первой Мировой войны. М., 2010.

4. Эпоха войн и революций. 1914–1922. Международный коллоквиум (Санкт-Петербург, 9–11 июня 2016 г.): научные доклады. СПб., 2016.
2 Указанным тенденциям следует кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института российской истории РАН В.Б. Аксёнов. В центре внимания его монографии – слухи, образы и эмоции российского общества времён Первой мировой войны. Слухи способствуют формированию «искажённых образов», отличающихся от образов, навязываемых пропагандой. В периоды социально-политических потрясений слухи и образы (внешнего и внутреннего врага, власти, армии) становятся горючим материалом, разжигающим общественное недовольство. Последнее наиболее ярко выражается в эмоциональных всплесках и аффективных действиях, зачастую не подчинённых логике и здравому смыслу. Именно поэтому эмоциональная составляющая революционной эпохи привлекла особое внимание исследователя.
3 Монография состоит из семи разделов, каждый из которых повествует об «определённой форме массовых настроений» (с. 9). Так, первый раздел – «Идея» – посвящён идейным основаниям массовых настроений накануне и в начале войны. Основное внимание уделено концепции «отложенной революции» и феномену «патриотического настроения 1914 года». Основываясь на теории М. Вебера об аффективно-эмоциональном социальном действии, автор указывает на общую природу революционных (стачки, крестьянские волнения) и патриотических действ того времени. Их мотивировали разные политические идеи, но почти всегда в их основе лежали идентичные эмоции – «факторы архаичного бунтарства» (с. 65). Автор настаивает, что противопоставление революционности и патриотизма некорректно, так как в ходе войны и по мере нарастания кризиса формальные границы между этими понятиями стирались. Февральская революция в этом смысле – идеальный пример, так как она «была для многих патриотической революцией: власть свергали ради спасения России» (с. 22).

Price publication: 100

Number of purchasers: 0, views: 482

Readers community rating: votes 0

1. Borschukova E.D. Obschestvennoe mnenie naseleniya Rossijskoj imperii o Pervoj mirovoj vojne i zaschite Otechestva (1914–1917). M., 2012.

2. Buldakov V.P., Leont'eva T.G. 1917 god. Ehlity i tolpy: kul'turnye landshafty russkoj revolyutsii. M., 2017.

3. Kolonitskij B.I. «Tragicheskaya ehrotika»: obrazy imperatorskoj sem'i v gody Pervoj Mirovoj vojny. M., 2010.

4. Ehpokha vojn i revolyutsij. 1914–1922. Mezhdunarodnyj kollokvium (Sankt-Peterburg, 9–11 iyunya 2016 g.): nauchnye doklady. SPb., 2016.

5. Nemetskaya filosofiya i nemetskij natsionalizm // Rech'. 1915. 17 aprelya; Vinovat li Kant? // Russkie vedomosti. 1915. 11 fevralya.

6. Vremennoe polozhenie o voennoj tsenzure, prinyatoe v svyazi s dejstvuyuschim Ustavom o tsenzure i pechati. Odessa, 1914. S. 12.

Система Orphus

Loading...
Up