The autumn shift in the sentiments of Russians: a transient episode or a new trend?

 
PIIS086904990004335-0-1
DOI10.31857/S086904990004335-0
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: President Business Partnership “New Economic Growth”
Affiliation: doctor of economics, President Business Partnership “New Economic Growth”
Address: Russian Federation, Moscow
Affiliation: PhD of psychology, Associate Professor of psychology of Russian state University. A. N. Kosygin.
Address: Russian Federation, Moscow
Journal nameObshchestvennye nauki i sovremennost
EditionIssue 2
Pages19-34
Abstract

The article is based on the focus groups held in October 2018, revealed a sudden shift in public sentiments, the second one during this year. Anti-establishment populism which briefly prevailed during summer months has been replaced by the demands for freedom, honesty, respect and international peace. Summer emphasis on redistributive social justice has been superseded by the request for procedural justice (equality before law). However, anti-establishment sentiments sustained and even invigorated but without any signs of aggression towards authorities. Demand for change became more mature and realistic. Majority of respondents were prepared for prolonged hardships and austerity for the sake of better Russia. Two thirds of respondents felt personal responsibility for the country’s future and were ready to participate personally in the development efforts.

Keywordspublic sentiments, focus groups, populism, postmaterialist, values, social justice, legitimacy.
Publication date27.03.2019
Number of characters39057
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Осенний перелом в сознании россиян: мимолетный всплеск или новая тенденция?
2 В статье представлены результаты нашего октябрьского социологического исследования, которое служит продолжением предыдущего раунда фокус-групп, проведенного в конце апреля–начале мая 2018 г. [Дмитриев, Белановский, Никольская 2018; Белановский, Дмитриев, Никольская 2019]. В рамках предыдущего раунда нами были выявлены признаки фундаментальных изменений в массовом сознании россиян. Тогда они затрагивали еще сравнительно узкий круг вопросов. Основными из них были явная неудовлетворенность внутренней политикой в целом при сохраняющейся широкой поддержке внешней политики, растущий запрос на быстрые и рискованные изменения, а также ослабление надежды на сильного лидера и ее вытеснение запросом на дистрибутивную справедливость (более равномерное распределение доходов и активов). Эти изменения вполне укладывались в международный тренд нарастающего контрэлитного популизма, опирающегося на активацию традиционных ценностей выживания и захватывающего растущее число стран в Европе, Америке и Азии. Наше новое исследование проходило в октябре–ноябре 2018 г. И состояло из 14 фокус-групп. В их числе были следующие группы с указанными ниже характеристиками:
  • 4 в Москве – пенсионеры; средний возраст, высшее образование; средний возраст, среднее специальное образование; студенты;
  • 1 во Владимире – средний возраст, высшее образование;
  • 1 в Гусь-Хрустальном – средний возраст, среднее специальное образование;
  • 1 в Екатеринбурге – средний возраст, высшее образование,
  • 1 в Красноярске – средний возраст, высшее образование,
  • 1 в Саранске – средний возраст, высшее образование,
  • 1 в поселке Ромоданово (Республика Мордовия) – средний возраст, среднее специальное образование,
  • 4 в Уфе – пенсионеры; средний возраст, безработные; средний возраст, высшее образование; средний возраст, среднее специальное образование.
3 Кроме того, в Москве было проведено три фокус-группы с работниками бюджетной сферы – одна с врачами, одна с преподавателями вузов и работниками институтов РАН, одна – смешанная, состоящая из инженеров, работников ГИБДД, театральных работников.
4 Результаты нового исследования отчасти оказались неожиданными для нас самих. Главный вывод: изменения настроений, зафиксированные в нашем предыдущем, майском, обследовании, представляют собой не переход из одного статического состояния в другое, более или менее устойчивое состояние, а скорее, открывают целый период быстрых изменений. Массовое сознание оказалось как бы “сорванным с якорейˮ, которые удерживали его в статическом состоянии в послекрымский период.
5 В октябре 2018 г. зафиксированные нами изменения общественного мнения распространились не только на внутреннюю, но и на внешнюю политику. Заметно усилился негативизм по отношению к власти в целом и к ее верхним эшелонам в частности. В то же время возросло чувство личной ответственности за состояние дел как в местном сообществе, так и в стране в целом. Нарастание критического мышления выразилось также в заметном ослаблении влияния официальных СМИ и в существенном изменении ценностных ориентаций. На второй план стали отходить ценности выживания, роль которых усилилась в период после экономического кризиса 2015–2016 гг., включая потребности материального характера (еда, одежда, жилье и т.д.), и запрос на дистрибутивную справедливость. Вместо них на первый план вышли запросы на честность, уважение и процессуальную справедливость (равенство всех перед законом), которые примыкают к постматериалистическим ценностям самовыражения. Тем самым октябрьские данные указывают на то, что российское общество очень быстро проскочило стадию популизма и в нем усиливается интерес к более модернизированным ценностям. Впервые после 2012 г. появились признаки возобновившейся модернизации массового сознания.

Number of purchasers: 3, views: 1379

Readers community rating: votes 0

1. Bakker B.N., Rooduijn M., Schumacher G. (2015) The psychological roots of populist voting; Evidence from the United States, the Netherlands and Germany. European Journal of Political Research, vol. 55, pp. 302–320.

2. Belanovskii S.A., Dmitriev M.E., Nikolskaya A.V (2019) Priznaki fundamentalnih sdvigov v massovom soznanii rossiyan [Signs of fundamental shifts in the mass consciousness of Russians]. Obschestvennie nauki i sovremennost, no. 1, pp. 5–18.

3. Dahl R. (2000) O demokratii [About democracy]. Moscow: Aspekt Press.

4. Dalton R.J. (2000) Citizen attitudes and political behavior. Comparative Political Studies, vol. 33, no. 6/7. August / September, pp. 912–940.

5. Dmitriev M.E., Belanovskii S.A., Misihina S.G., Nikolskaya A.V. (2013) Politicheskie nastroeniya rossiyan v nachale novogo elektoralnogo cikla 2012–2013 gg. [Political moods of Russians at the beginning of a new electoral cycle 2012–2013]. Moscow: Fund “Center for strategic development”.

6. Dmitriev M.E., Belanovskii S.A., Nikolskaya A.V. (2018) Priznaki izmeneniy obschestvennogo soznaniya i ih vozmojnie posledstviya [Signs of changes in public consciousness and their possible consequences]. KGI 2018/ komitetgi.ru/news/news/3902/).

7. Dmitriev M.E., Nikolskaya A.V., Belanovskii S.A., Cherepanova E.V. (2018) Osennii perelom v soznanii rossiyan: mimoletnii vsplesk ili novaya tendenciya [Report Autumn turning point in the minds of Russians: a fleeting surge or a new trend?]. Moscow, December, 2018 (www.liberal.ru).

8. Duch R., Taylor M.A. (1993) Postmaterialism and the Economic Condition. American Journal of Political Science, no. 3, pp. 747–778.

9. Flathman R.E. (1993) “Legitimacy?. In: Goodin R.E., Pettit Ph. (eds.). A Companion to Contemporary Political Philosophy. Cambridge, MA: Blackwell.

10. Gaventa J. (1982) Power and Powerlessness: Acquiescence and Rebellion in an Appalachian Valley. Champaign: Univ. of Illinois Press.

11. Green S., Robertson G. (2017) Agreeable Authoritarians: Personality and Politics in Contemporary Russia. Comparative Political Studies, January, pp. 1–33.

12. Hantington S. (2005) Politicheskiy poryadok v menyashchemsikhsya obshchestvakh [Political Order in Changing Societies]. Moscow: Progress-traditsiya.

13. Hardin R. (2009) Compliance, Consent, and Legitimacy. In: Boix C., Stokes S. (eds.). Oxford Handbook of Comparative Politics. Oxford: Oxford Univ. Press.

14. Inglehart R., Welzel C. (2005) Modernization, Cultural Change, and Democracy. The Human Development Sequence. New York: Cambridge Univ. Press.

15. Kimelev Y.A., Polyakova N.L. (1996) Koncepciya obschestva Yurgena Habermasa. Sovremennie sociologicheskie teorii obschestva [The concept of Jurgen Habermas society. Modern sociological theories of society]. Moscow: INION.

16. Marks G.N. (1997) The Formation of Materialist and Postmaterialist Values. Social Sciences Research, vol. 26, issue 1, pp. 52–68.

17. Neklessa A.I. (2013) Krizis mirovideniya [Crisis of worldview]. POLIS, no 3, pp. 6–29.

18. Tyler T. (1990) Why People Obey the Law. New Haven: Yale Univ. Press.

19. Vahshtain V. (2016) Pochemu mi do sih por ne poubivali drug druga [Why haven't we killed each other yet?]. Novaya gazeta, no. 105.

20. Weber M. (1990) Izbrannie proizvedeniya [Selected works]. Moscow: Progress

Система Orphus

Loading...
Up