An Executive Dimension of the U. S. Sanctions Policy

 
PIIS013122270019343-8-1
DOI10.20542/0131-2227-2022-66-3-23-32
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: MGIMO University
Address: 76 pr. Vernadskogo, Moscow, 119454, Russian Federation
Journal nameMirovaia ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniia
EditionVolume 66 Issue 3
Pages23-32
Abstract

The article deals with the institutional performance of the U.S. executive power on the policy of sanctions. The topic is much less reflected in the literature in comparison with “canonical” issues like sanctions efficiency or particular case-studies of sanctions implementation. The goal is to fill in the gap in the literature on the following research questions. How do the U.S. sanctions policy executive institutions work? What is an extant of their involvement into the policy of sanctions? What is the balance of power between them? Why are particular institutes more active in comparison with others, and does it mean greater influence in terms of decision-making and implementation? The hypothesis implies that the U.S. executive institutions compose an imbalanced system with a skew in favor of the Department of the Treasury. However, this skew is smoothed by functional exclusiveness of other institutions and the impact of their decisions on sanctioned persons and states. “Sanctions Events Database” is used to test this assumption. Events are classified in terms of their institutional initiator (Department of the Treasury, Department of State, etc.), target states or problems, types of action, etc. The data is taken from open sources. It reflects a “micro-level” of institutional performance, depicting its everyday practice. The analysis demonstrates that a majority of events are connected to the Department of the Treasury, which is most active in comparison with other institutions. The Department of Commerce initiates much less events, however, the coverage of affected persons under its restrictions may be comparable to the one of the Treasury. The Department of Justice also initiates much less events, but the consequences for targets are harder due to criminal enforcement functions of the Department. The article relies on the 2020 data-set. This data is enough to understand basic trends of the U.S. executive institutions performance related to the policy of sanctions. Still, more data is needed to avoid possible fluctuations related to particular years

Keywordssanctions policy, sanctions, United States, executive power, institutions, event-analysis
Received07.07.2021
Publication date23.03.2022
Number of characters39608
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Экономические санкции занимают все более заметное место в числе внешнеполитических инструментов современных государств. Наиболее активно их используют США [1], где сформировался разветвленный механизм разработки и применения подобных мер. Хотя роль Конгресса в политике ограничительных мер постепенно возрастает [2, p. 133], ключевые рычаги сосредоточены в руках президента и его администрации. Применительно к институтам американской политики санкций накоплен определенный пласт литературы. А. Купер Дрюри провел масштабное исследование санкций в контексте института президентской власти [3]. Существуют работы о деятельности Минфина США – ключевого органа исполнительной власти в области применения ограничительных мер [4, 5, 6], а также о специфике экспортного контроля США [7]. Однако в целом число подобных работ несопоставимо с объемом исследований эффективности санкций или отдельных кейсов их использования [8, 9, 10, 11].
2 Между тем в отношении институтов остается открытым целый ряд вопросов. Как именно они функционируют? Каким образом распределяется фактическая нагрузка между ними? Как складывается баланс полномочий и возможностей институтов с точки зрения их реальной деятельности? Почему одни институты более активны в сравнении с другими? И означает ли такая активность более солидный “вес” в иерархии принятия и исполнения решений? Иными словами, знание институциональной статики, отраженной в законодательстве, далеко не означает понимания институциональной динамики – повседневного функционирования институтов. Данные вопросы составляют исследовательскую проблему предлагаемой статьи. Ее целью является анализ институциональной структуры политики санкций США с точки зрения их повседневного функционирования.
3 Основная гипотеза состоит в том, что система исполнительных институтов политики санкций США сегодня представляет собой несбалансированный механизм, в котором деятельность Министерства финансов явно превалирует над остальными органами власти. Однако внешний перекос в сторону Минфина сглаживается уникальностью функций остальных ведомств и последствиями принимаемых ими решений. Американскому санкционному механизму свойственна “позитивная несбалансированность”: институциональный перекос в сторону Министерства финансов функционален и отражает, по всей видимости, оптимальный для США алгоритм использования ограничительных мер.
4

КЛЮЧЕВЫЕ ПОНЯТИЯ И ДИЗАЙН ИССЛЕДОВАНИЯ

5 Под санкциями будем понимать односторонние ограничительные меры, направленные на достижение политических целей страны-инициатора в отношениях со страной-целью или группой таких стран, а также для решения внешнеполитических задач по отдельным направлениям (нераспространение ОМУ, борьба с терроризмом и др.). Среди подобных мер используются запреты на финансовые транзакции, торговые ограничения, запреты на поставки технологий, визовые барьеры и др. Санкции являются односторонними тогда, когда они применяются странами или их коалициями в обход резолюций Совета Безопасности ООН [12, pp. 4-5].

Number of purchasers: 5, views: 720

Readers community rating: votes 0

1. Timofeev I. Sanctions Against Russia: A Look into 2021: Report 65/2021. Moscow, Russian International Affairs Council (RIAC) NPMP, 2021. 24 p. Available at: https://russiancouncil.ru/en/activity/publications/sanctions-against-russia-a-look-into-2021/ (accessed 23.05.2021).

2. Hufbauer G., Shott J., Elliott K., Oegg B. Economic Sanctions Reconsidered. Third Edition. Washington DC, Peterson Institute for International Economics, 2009. 233 p.

3. Drury C. Economic Sanctions and Presidential Decisions. Models of Political Rationality. New York, Palgrave Macmillan, 2005. 225 p.

4. Zarate J. Treasury Wars. The Unleashing of a New Era of Financial Warfare, New York, Public Affairs, 2013. 488 p.

5. Early B., Preble K. Enforcing Economic Sanctions: Analyzing How OFAC Punishes Violators of U.S. Sanctions. 2018. Available at: https://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=3306653 (accessed 10.06.2021).

6. Glandin S.V. Rol' interneta v otslezhivanii narushitelej rezhima sanktsij SShA v otnoshenii Rossii. Vestnik Moskovskogo universiteta, 2018, ser. 11, № 6, ss. 96-112. [Glandin S. The Role of Internet in Search for the Evaders of the U.S. Sanctions in Relation to Russia. Vestnik Moskovskogo universiteta, 2018, ser. 11, no. 6, pp. 96-112. (In Russ.)]

7. Bown Ch. Export Controls: America’s Other National Security Threat. Peterson Institute for International Economics Working Paper, 2020. 21 p.

8. Bapat N.A., Heinrich T., Kobayashi Y., Morgan C. Determinants of Sanctions Effectiveness: Sensitivity Analysis Using New Data. International Interactions, 2013, vol. 39, pp. 79-98.

9. Timofeev I. Rethinking Sanctions Efficiency. Evidence from 205 Cases of the U.S. Government Enforcement Actions against Business. Russia in Global Affairs, 2019, vol. 17, no. 3, pp. 86-108. DOI: 10.31278/1810-6374-2019-17-3-86-108

10. Jones L., Portela C. Evaluating the Success of International Sanctions: A New Research Agenda. Revista CIDOB d’Afers Internacionals, 2020, no. 125, pp. 39-60.

11. Nephew R. The Art of Sanctions. A View from the Field. New York, Columbia University Press, 2017. 216 p.

12. Jazairy I. Report of the Special Rapporteur on the Negative Impact of Unilateral Coercive Measures on the Enjoyment of Human Rights. United Nations General Assempbly. 2015. 18 p. Available at: https://www.refworld.org/cgi-bin/texis/vtx/rwmain?page=search&docid=565ff2df4&skip=0&query=unilateral (accessed 06.06.2021).

13. Drezner D. Targeted Sanctions Research in a World of Global Finance. International Interactions, 2015, vol. 41, pp. 755-764.

14. Giumelli F. The Purposes of Targeted Sanctions. Targeted Sanctions. The Impacts and Effectiveness of United Nations Action. Beirsteker T., Eckert S., Tourihno M., eds. New York, Cambridge University Press, 2016, pp. 38-59.

15. Timofeev I.N. “Sanktsii za narushenie sanktsij”: prinuditel'nye mery Ministerstva finansov SShA protiv kompanij finansovogo sektora. Polis. Politicheskie issledovaniya, 2020, № 6, ss. 73-90. [Timofeev I. Sanctions for Sanctions Violation: U.S. Department of Treasury Enforcement Actions Against the Financial Sector. Political Studies, 2020, no. 6, pp. 73-90. (In Russ.)] DOI: 10.17976/jpps/2020.06.06

16. Casey Ch., et all. The International Emergency Economic Powers Act: Origins, Evolution, and Use. Library of Congress. Congressional Research Service, 2020. Available at: https://crsreports.congress.gov/product/pdf/R/R45618 (10.06.2021).

Система Orphus

Loading...
Up