Human Being in Culture (Reflections upon V.A. Lectorsky’s monograph “Human Being and Culture”)

 
PIIS004287440003621-8-1
DOI10.31857/S004287440003621-8
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: Institute of Philosophy RAS
Address: Russian Federation, Moscow
Journal nameVoprosy filosofii
EditionIssue 1
Pages67-76
Abstract

Conceptual reconstruction of basic principles of V.A. Lectorsky’s  constructive realism has been presented in this paper. Some fundamental problems of contemporary theory of knowledge in the light of constructive realism’s attitude have been analyzed, the problems of cognitive criticism of relativism, constructivist approaches’ absolutization  in contemporary epistemology, contribution of bodily-oriented cognitive attitudes in constructive realism formation being among them. It has been substantiated, that constructive realism bridges a gap between cognitive constructivism and realism in contemporary theory of knowledge. 

Keywordstheory of knowledge, language, culture, relativism, constructivism, constructive realism, V.A. Lectorsky
Received14.02.2019
Publication date19.02.2019
Number of characters32585
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Для меня большая честь представить новую книгу выдающегося философа, крупного организатора науки, да и просто незаурядного человека академика В.А. Лекторского (Человек и культура. Избранные статьи. ‒ СПб.: СПбГУП, 2018. 640 с.). Сравнительно недавно отметивший свое 80-летие, Владислав Александрович был и остается в эпицентре философских дискуссий, являясь крупнейшим специалистом в области философской эпистемологии, философии сознания и культуры.
2 Книга В.А. Лекторского собрала под одной обложкой многочисленные статьи, да и просто разрозненные идеи, щедро рассыпанные в небольших текстах его отдельных выступлений, «Круглых столов», репликах профессиональных дискуссий. Сведенные воедино, они образуют мощный идейный корпус завершенной концепции культурно-исторического бытия человека в контексте современной философии и когнитивных наук. Здесь и проблемы культурного авторитета и статуса философии в современно мире, социокультурная ответственность представителей нашей профессии в поддержании рационального тонуса современной культуры, философская обеспокоенность судьбами реализма в современной теории познания, а также философско-антропологические проблемы жизни и смерти человека в контексте вызовов современного трансгуманизма. Наконец, это и воспоминания о том времени, в котором автору довелось жить и творить, о людях, с которыми сводила судьба на стезе философского служения Истине.
3 В данном тексте, конечно, нельзя охватить все тематическое богатство книги. Я сосредоточу внимание лишь на отдельных узловых темах, образующих несущую конструкцию концепции автора, наиболее близких моим собственным профессиональным интересам. В.А. Лекторский известен прежде всего как крупнейший специалист в области философской теории познания. Отдавая дань традиции неклассической рациональности (термин В.С. Степина), он разделяет тезис о том, что как научное, так и философское исследование с необходимостью предполагает рефлексивность в отношении когнитивных средств и операций деятельности – концептуальный анализ познавательных средств, «ноэзы» философского анализа, как сказал бы Э. Гуссерль. Тем не менее, автор никогда не замыкался в рамках чистой эпистемологии. Тем, кто знаком с его философским творчеством, известно, что Владислав Александрович не одобрял различения понятий теории познания (как чистой логико-методологической реконструкции познавательного процесса) и эпистемологии, трактуемой многими как изучение познания в его социально-культурном контексте. Обе вышеупомянутые составляющие философской рефлексии познавательной деятельности человека для него всегда неразрывны. Его анализ процесса познания превосходит узкие рамки абстрактного гносеологизма, выходя в более широкий контекст познавательной деятельности человека: в материнское лоно языка и культуры. В.А. Лекторский горячо поддерживает общие установки деятельностного подхода в философии. Не всегда целиком разделяя отдельные концептуальные положения дисциплинарных (в частности, психологических, педагогических) теорий деятельности, он, тем не менее, энергично отстаивает общие принципы деятельностного подхода как глубоко эвристичного для анализа познавательной деятельности человека, оппонируя новомодным попыткам заменить деятельность как всеобщую форму активности человека постмодернистски трактуемой игрой. Но не познание как всеобщая форма деятельности, а человек познающий в его телесной организации (думающий, чувствующий, заблуждающийся) всегда был и остается в центре философских интересов В.А. Лекторского. В этом – узелок неразрывной связи его теории познания с философской антропологией. Не секрет, что нет числа попыткам философского определения человека в истории культуры: от существа двуногого и без перьев от природы до центра нарративной гравитации. Я лично отдаю предпочтение определению человека, поддерживаемого В. А. Лекторским, как существа смыслового, активно выстраивающего образ самого себя из ресурсов языка, личного опыта и памяти, наводящего (подчас шаткие) мосты между образом Я, жизненным миром и социальной реальностью. Осмысленность человеческих переживаний, приписывание им субъективных значений, коррелирующих с интерсубъективными в «смысловой структуре социального мира» (А. Шюц), конститутивна в отношении субъективной реальности. Ибо, убежден В.А. Лекторский, «жить в неосмысленном мире человек просто не может» (с.125). И с этим трудно не согласиться. Способность к смыслосозиданию – исключительно человеческая и лишь человеческая способность (вопреки расширительным трактовкам смысла в рамках биосемантического энактивизма), а смысл – атрибут антропологически ориентированной теории познания, его главный персонаж. В самом деле, какими бы атрибутами ни наделять человека (homo sapiens, homo habilis, homo symbolicus, homo ludens и даже homo soveticus), все они подразумевают не видимую для философски незрелого ума, глубоко скрытую за внешними проявлениями разумности, умелости, символизации и игривости способность человека наделять смыслами себя и свой жизненный мир. Мир человека обретает человеческий масштаб и глубину в своей осмысленности – вне зависимости от того, преобразован ли он его физическим трудом или нет. Таково, к слову, и изначальное определение жизненного мира (Lebenswelt) как дорефлексивной смысловой очевидности сознания основоположником этого понятия Э. Гуссерлем. Именно смысловая насыщенность отличает феноменологически понятый «жизненный мир» от понятия экологической ниши живого организма Г. Фолльмера или окружающей среды (Umwelt) Я. фон Икскюля.

Number of purchasers: 0, views: 197

Readers community rating: votes 0

1. Lektorskij 2017 ? Perspektivy realizma v sovremennoj filosofii: sb. trudov / In-t filosofii RAN; pod red. V.A. Lektorskogo. M.: Kanon+ ROOI «Reabilitatsiya», 2017.

2. Lektorskij 2015 ? Relyativizm kak bolezn' sovremennoj filosofii /Otvet red. V.A. Lektorskij. M.: Kanon+ ROOI «Reabilitatsiya», 2015.

3. Smirnov 2015 ? Smirnov A.V. Soznanie. Logika. Yazyk. Kul'tura. Smysl. M.: Yazyki slavyanskoj kul'tury, 2015. S. 7 – 458.

Система Orphus

Loading...
Up