The Structure of Russian Sociological Field – 2020

 
PIIS013216250017907-0-1
DOI10.31857/S013216250015488-9
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: National Research University “Higher School of Economic” (St. Petersburg)
Address: Russian Federation, St. Petersburg
Affiliation: European University at Saint Petersburg
Address: Russian Federation, St. Petersburg
Journal nameSotsiologicheskie issledovaniya
EditionIssue 11
Pages91-105
Abstract

An earlier study, conducted in 2009–2010, which the present authors were a part of, demonstrated that the sociological population of St. Petersburg, Russia, was divided into isolated “bubbles” drawn apart by their adherence to localist or globalist ideology. The localist ideology ascribed greater importance to sociologists' catering to their country's social problems, praised the development of the national sociological tradition, and was skeptical about the applicability of “Western” theories to the Russian case. The globalist ideology, on the contrary, urged sociologists to address international audiences and ascribed greater value to international recognition. The aim of this study, based on an online survey of 1035 sociologists using nation-wide sample was to establish if (a) the localist-globlist divide was still present 10 years later and (2) if it was traceable at the national level. We studied the intellectual authority structures using nominations during a reputation survey as a source, and the bimodal network analysis as a method. We also studied “attention spaces” (Collins) using direct questions about one's familiarity with peer's work. The answer to both of our questions is positive: globalist and localist bubbles continue existing, and their boundaries are not a product of theoretical or methodological divides (e.g. positivism vs. antipositivism, qualitative vs quantitative methodology), or specialization on different subject areas. Age exerts independent influence on the formation of attention spaces, but not on the authority structures. We conclude by discussing the causes of the persistence of local vs. global divide.

Keywordssociology of science, sociology of sociology, information bubbles, reputation surveys, sociology in Russia
Received12.12.2021
Publication date22.12.2021
Number of characters38094
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1

Поле российской социологии

2 Постановка исследовательских вопросов. В ряде публикаций, включая работы с участием авторов, утверждалось, что основной разграничительной линией, структурирующей ландшафт российской социологии, выступает граница между учеными и организациями, ориентированными на стандарты «глобальной» (преимущественно англоязычной) науки и сторонниками «национальной» социологии [Сафонова, 2012; Sokolov, 2019]. Ранее мы полагали, что эти две части социологической популяции во многих отношениях представляют собой изолированные миры со своей системой авторитетов, организационной базой и источниками финансирования. Они проявляли свойства того, что сегодня часто называют «информационными пузырями» (bubbles)1. Данные, на которых основывалось это предположение, были собраны более десяти лет назад только по Санкт-Петербургу. Изменилась ли ситуация за прошедшее десятилетие, в течение которого частично сменились поколения, Министерством образования предпринимались значительные усилия в направлении интернационализации отечественной науки, а западные фонды, гранты которых ранее служили своего рода экономической поддержкой «глобалистского» лагеря, в основном прекратили свою активность в России? Стала ли российская социология менее поляризованной — во всяком случае, по признаку отношения к мировой науке? Мы воспользовались данными исследования, проведенного нами совместно с компанией Elibrary в надежде найти ответ на этот вопрос. Подробное описание процедур исследования приводится в предыдущей статье [Соколов, 2021], здесь мы ограничимся указанием на то, что данные были собраны в 2020 г. в ходе онлайн-опроса 1035 публикующихся социологов. 1. Состояние интеллектуальной изоляции, в которую человек невольно попадает, работая с информацией в соцсетях и с поисковиками в Интернете, алгоритмы которых выводят нас на страницы людей и изданий, чьи взгляды созвучны нашим собственным. Новейшие технологии в этом случае многократно усиливают естественную человеческую склонность прислушиваться прежде всего ко мнениям, подтверждающим наши предубеждения.
3 Теории академического признания. Почему ученые обращают внимание на работы одних коллег и признают их достижения, но игнорируют работы других? Возможны по крайней мере пять не исключающих друг друга ответов на этот вопрос. Во-первых, предпочтения могут быть связаны с релевантностью работ. Ученые внимательнее следят за работами коллег, специализирующихся в той же области, что и они. Во-вторых, работы ученых могут иметь разное качество. Те, кто уже опубликовали важные результаты, получают своего рода кредит интереса [Latour, Woolgar, 1979]. Коллеги следят за ними с большим вниманием, чем за работами тех, кто таких результатов еще не произвели. В-третьих, в социальных науках ученые различаются по теоретико-методологическим ориентациям: позитивизму и антипозитивизму, предпочтению качественных или количественных методов, более или менее критическому взгляду на современное общество. Они считают работы своих единомышленников более релевантными, чем труды оппонентов. В-четвертых, основанием для того, чтобы держать кого-то в поле зрения, может быть академическая власть. Поскольку публичное признание, например, в форме цитирования, показывает, что цитирующий признает за цитируемой работой важность и ценность, цитирование становится социальным благом, которое академические «боссы» могут стараться обеспечить для себя. «Боссы» в случае невнимания коллег к их работам могут приводить в действие механизмы давления. Например, редакторы научных журналов могут предпочитать статьи тех авторов, которые цитируют работы редакторов и их «боссов» (или, во всяком случае, авторы статей могут надеяться, что такие цитирования поднимут их шансы на публикацию). Наделенные властью члены ученого сообщества могут требовать от других признания работ тех, кого признают они — потому что искренне считают те работы важными, или потому, что цитирование данных работ другими подтверждает корректность их оценок и, соответственно, здравость их профессионального суждения. В-пятых, в научных сообществах индивиды могут образовывать клики или партии, обмениваться признанием между собой и совместно бойкотировать аутсайдеров, которые им в признании отказывают [Соколов, 2021]. Поколение часто упоминается как один из факторов в формировании кругов взаимного признания или игнорирования [Gans, 1992]. На практике все эти основания для признания или непризнания обычно переплетены друг с другом.

Number of purchasers: 1, views: 177

Readers community rating: votes 0

1. Safonova M. (2012) Network structure and identities in a local community of sociologists. Sotsiologicheskie issledovanija [Sociological Studies]. No. 6: 107–120. (In Russ.)

2. Sokolov M. (2021) Academic recognition in Russian sociology: A study using reputation surveys. Sotsiologicheskie issledovanija [Sociological Studies]. No. 3: 44–56. (In Russ.)

3. Sokolov M. (2021). Science as a ceremonial exchange. A theory of attention spaces, academic status, and symbolic struggles. Sociologicheskoe obozrenie [The Russian Sociological Review]. No. 3: 9–42. (In Russ.)

4. Beigel F., Gallardo O., Bekerman F. (2018) Institutional expansion and scientific development in the periphery: The structural heterogeneity of Argentina’s academic field. Minerva. Vol. 56. No. 3: 305–331.

5. Blondel V. D., Guillaume J. L., Lambiotte R., Lefebvre E. (2008). Fast unfolding of communities in large networks. Journal of statistical mechanics: theory and experiment. Vol. 10: 10008.

6. Collins R. (1989) Toward a theory of intellectual change: the social causes of philosophies. Science, technology, & human values. No. 14(2): 107–140.

7. Gans H. (1992) Sociological amnesia: The noncumulation of normal social science. Sociological Forum. Vol. 75. No. 4: 701–710.

8. Horowitz M., Haynor A., Kickham K. (2018). Sociology’s sacred victims and the politics of knowledge: Moral foundations theory and disciplinary controversies. The American Sociologist. Vol. 49. No. 4: 459–495.

9. Latour B., Woolgar S. (1979) Laboratory Life: The Social Construction of Scientific Facts. London; Beverley Hills: Sage.

10. Sokolov M. (2019) The sources of academic localism and globalism in Russian sociology: The choice of professional ideologies and occupational niches among social scientists. Current Sociology. Vol. 67. No. 6: 818–837.

Система Orphus

Loading...
Up