Armenia in the Context of the Initial Stage of the Roman-Persian Confrontation (227–338 AD)

 
PIIS086904990015421-5-1
DOI10.31857/S086904990015421-5
Publication type Article
Status Published
Authors
Occupation: Associate Professor
Affiliation: Pskov State University
Address: Pskov, 180000, 2, Lenin sq.
Journal nameObshchestvennye nauki i sovremennost
EditionIssue 3
Pages121-135
Abstract

Since ancient times, the territory of the Armenian Highlands was attracting attention of the neighboring powers due to its extremely advantageous geopolitical position. In the Late Antiquity period the struggle for control over Armenia was gradually waged between two world powers – first Rome and Parthia, and later (and most actively) – between the Roman Empire and Sassanian Iran. Armenia’s position worsened sharply after 227, when the Parthian kingdom, weakened by the wars with Rome, was replaced by the powerful Sasanian Persia. Meanwhile, in the existing historiography attention is mostly directed towards the military-political events of the 4th century, which resulted in the division of the Armenian kingdom between Rome and Iran in 387. In this regard, the purpose of this work is to determine the place and role of Armenia in the context of the struggle between Rome and Iran for hegemony in the Near East during the first century of the existence of the Sasanian power, namely, from the moment of her emergence (227) until the expiration of the First Treaty of Nisibis in 298 (338). Our study shows that during this period Roman-Persian-Armenian relations were a very dynamically changing system. Evolution of the said system can be divided into three stages: 1) 227–252 AD; 2) 252–298 AD; 3) 298–338 AD. The first stage is characterized by a gradual strengthening of Iran's positions in the Middle East in general and in the South Caucasus in particular, which led to the conquest of Armenia by the Persians and her integration into Sasanian Iran (252). In the second stage the Armenian statehood was gradually restoring, which was largely facilitated, on the one hand, by the support from the Roman Empire overcoming the crisis by the end of the 3rd century AD and striving for the revival of the former power, and on the other – internal instability in the kingdom of the Sasanids after the death of Shahanshah Hormizd I (272 –273). The third stage (298–338) can be defined by the rapprochement between Rome and Great Armenia, the strengthening of Roman influence in Armenia and the gradual growth of Roman-Persian contradictions over the control of the Great Armenian kingdom, which resulted in an open confrontation in 337–338 AD.

KeywordsArmenian kingdom, Sasanian Iran, Roman Empire, Roman-Persian wars, Late Antiquity, international relations, military history
Received25.06.2021
Publication date27.06.2021
Number of characters42740
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Недавнее обострение карабахского конфликта, в который оказались вовлечены многие международные акторы [Айвазян 2020; Гегелашвили 2020; Маслакова-Клауберг, Садыкова 2020], в очередной раз напомнило о том, что Южный Кавказ в целом и Армения в частности – это место на политической карте мира, в котором пересекаются интересы целого ряда глобальных и региональных игроков.
2 Cледует иметь в виду, что столь важное геополитическое значение Армения и сопредельные территории приобрели не в недавнем прошлом, а еще в глубокой древности. Уже во второй половине II тыс. до н.э. правители Ассирийской державы совершали неоднократные походы на территорию Армянского нагорья, где в ту эпоху начиналось формирование государства Урарту [Пиотровский 1959, 43–45]. Затем, на протяжении более тысячи лет, названия «Урарту» и (с VI в. до н.э.) «Армения» регулярно появляются в источниках при описании бесконечных войн и походов, которыми в указанный период (как, впрочем, и позже) изобиловала история Ближнего Востока.
3 Могущественных соседей эти территории привлекали прежде всего тем, что здесь с древнейших времен располагались богатые города и процветающие сельские поселения. На рубеже XII–XI вв. до н.э. ассирийский царь Тиглатпаласар I составил надпись о своих успешных вторжениях в Урарту, в которой говорится о захваченных в качестве добычи огромных стадах домашнего скота [Дьяконов 1951, 273]. Данные ассирийской эпиграфики подтверждаются более поздними сведениями античных авторов. Так, Геродот (V в. до н.э.) спустя шесть столетий отмечал, что армяне «богаты скотом» [Herod. V.49], а Ксенофонт (V–IV вв. до н.э.) называет Армению «страной обширной и богатой» [Xen. Anab. V.5. 25–34].
4 Роль Армении1 в международных отношениях значительно усилилась в I в. до н.э., когда вплотную к ее границам приблизились владения двух ведущих держав Средиземноморско-переднеазиатского региона того времени – Рима и Парфии. В ходе продолжавшихся три последующих столетия римско-парфянских войн обе стороны систематически пытались установить свой контроль над Арменией. Армянские правители были вынуждены постоянно лавировать между могущественными соседями, чтобы обезопасить свою страну и свой народ от чужеземной опасности, которая грозила как с запада, так и с востока. 1. В данной статье мы намеренно избегаем применения наименования «Великая Армения» в отношении Древнеармянского государства, поскольку данное обозначение имеет скорее публицистический, нежели научный характер. В настоящее время оно остается предметом ожесточенных дискуссий между националистически настроенными армянскими исследователями и их оппонентами из числа прежде всего представителей Азербайджана. Кроме того, в научно-историческом обороте прочно закрепилось обозначение Древней Армении именно как «Армении», а не «Великой Армении», что нашло отражение, например, в трехтомной «Истории Древнего мира» [Неронова 1989, 275–294], шеститомной «Истории Востока» [Рыбаков 2002, 530–542], шеститомной «Всемирной истории» [Чубарьян 2012, 106–115] и других академических изданиях.
5 Притягательность Армении для обеих империй обусловливалась целым комплексом конкретно-исторических факторов – помимо упомянутых выше общих моментов. Прежде всего, речь идет о чрезвычайно выгодном географическом положении страны, которая в этом смысле служила связующим мостом между Ираном, с одной стороны, и Передней Азией, где находились римские владения, – с другой. С этим была связана значимость и военно-стратегического положения Армении, так как через ее территорию проходили важные и удобные для перемещения больших масс людей коммуникации. Используя их, стороны могли совершать военные вторжения на территорию противника2. 2. Аврелий Виктор, сообщая о событиях конца III в., прямо говорит о том, что через Армению лежал «единственный и более легкий путь к победе» над персами [Aur. Vict. De Caes. XXXIX.34].

Number of purchasers: 0, views: 580

Readers community rating: votes 0

1. Ayvazyan A. S. (2020) Yuzhnyy Kavkaz: rost konfliktnogo potentsiala, vnutripoliticheskie izmeneniya [South Caucasus: Growth of Conflict Potential, Internal Political Changes]. Evropeyskiy Soyuz: fakty i kommentarii, vol. 102, pp. 98–101. DOI: 10.15211/eufacts4202098.

2. Choksy J. K. (2007) Reassessing the Material Contexts of Ritual Fires in Ancient Iran. Iranica Antiqua, vol. 42, pp. 229–269. DOI: 10.2143/IA.42.0.2017878.

3. Chubar'yan A. O. (ed.) (2012) Vsemirnaya istoriya. V 6 t. T. 2. Srednevekovye tsivilizatsii Zapada i Vostoka [World History. In 6 vols, vol. 2. Medieval Civilizations of the West and the East]. Moscow: Nauka Press. 894 p.

4. Diakonov I. M. (1951) Assiro-vavilonskie istochniki po istorii Urartu. Razdel I. Predystoriya Urartu: period plemennykh soyuzov (XIV–IX vv.) [Assyro-Babylonian Sources on the History of Urartu. Section I. Prehistory of Urartu: the Period of Tribal Unions (XIV–IX Centuries)]. Vestnik drevney istorii, № 2, pp. 257–294.

5. Dmitriev V. A. (2019) Politicheskaya istoriya Irana v epokhu rannikh Sasanidov [A Political History of Iran under Early Sasanians]. Saint Petersburg: Nauka Press. 186 p.

6. Dmitriev V. A. (2020) „Ariy, poklonyayushchiysya Ormazdu”: k politicheskoy biografii shakhanshakha Narse [“Aryan Worshiping Ohrmazd”: towards the Political Biography of Shahanshah Narseh]. Vestnik drevney istorii, vol. 80, no. 2, pp. 434–461. DOI: 10.31857/S032103910008630-6.

7. Dodgeon M. H., Lieu S. N. C. (1994) The Roman Eastern Frontier and the Persian Wars (AD 226–363). A Documentary History. London; New York: Routledge. 376 p.

8. Duchesne-Guillemin J. (1983) Zoroastrian Religion. Yarshater E. (ed.) Cambridge History of Iran. Vol. 3. Pt. 2. The Seleucid, Parthian and Sasanian periods. Cambridge etc.: Cambridge University Press, pp. 866–908.

9. Fray R. (2002) Nasledie Irana [The Heritage of Iran]. Moscow: Vostochnaya Literatura Press. 463 p.

10. Garsoyan N. G. (1971) Armeniya v IV v. (K voprosu utochneniya terminov “Armeniya” i “vernost'”) [Armenia in the IV Century: an Attempt to Redefine the Concepts “Armenia” and “Loyalty”]. Vestnik obshchestvennykh nauk Akademii nauk Armyanskoy SSR, № 3, pp. 55–62.

11. Gegelashvili N. A. (2020) Strany Zakavkaz’ya v politike Turtsii i SShA [South Caucasian States in the Politics of Turkey and the USA]. SShA i Kanada: ekonomika, politika, kul'tura, vol. 50 (10), pp. 45–59. DOI: 10.31857/S268667300011805-5.

12. Kudryavtsev O. V. (1956) Armeniya v III–IV vv. Utchenko S. L., Kallistov D. P., Pavlovskaya A. I., Struve V. V. (eds.) Vsemirnaya istoriya [The World History]. In 10 vols, vol. 2. Moscow: Politizdat, pp. 761–770.

13. Laubscher H. P. (1975) Der Reliefschmuck des Galeriusbogens in Thessaloniki. Berlin: Gebr. Mann Verlag. 182 S.

14. Lukonin V. G. (1969) Kul’tura sasanidskogo Irana. Iran v III–V vv. Ocherki po istorii kul’tury [Culture of Sasanian Iran: Iran in the 3rd–5th Centuries AD. Essays on the History of Culture]. Moscow: Nauka Press. 242 p.

15. Lukonin V. G. (1987) Drevniy i rannesrednevekovyy Iran. Ocherki istorii kul’tury [Ancient and Early Medieval Iran. Essays on the History of Culture]. Moscow: Nauka Press. 295 p.

16. Mango M. M. (1991) Constantina. Kazhdan A. P. (ed.) The Oxford Dictionary of Byzantium, vol. 1. New York; Oxford: Oxford University Press, p. 497.

17. Maslakova-Klauberg N. I., Sadykova E. L. (2020) Obostrenie situatsii v Nagornom Karabakhe kak geopoliticheskiy vyzov [Escalation of the Situation in Nagorno-Karabakh as a Geopolitical Challenge]. Vestnik Instituta mirovykh tsivilizatsiy, vol. 11, no. 3 (28), pp. 51–57.

18. Mekhamadiev Y. A. (2015) Armeniya i Rimskaya imperiya v nachale IV v.: problemy mezhgosudarstvennykh otnosheniy v epokhu pravleniya armyanskogo tsarya Trdata III [Armenia and Roman Empire at the Beginning of IV A.D.: the Problems of Interstate Relations under the Reign of Armenian King Тiridates III]. Problemy sotsial'noy istorii i kul'tury Srednikh vekov i rannego Novogo vremeni, vol. 12, pp. 111–133.

19. Mekhamadiev Y. A. (2020) Voennaya organizatsiya pozdney Rimskoy imperii vo vtoroy polovine III – pervoy polovine IV vv.: regional'nye ekspeditsionnye armii v kontekste grazhdanskikh voyn i rimsko-persidskogo protivostoyaniya. [The Military Organization of the Late Roman Empire in the Second Half of the 3rd – First Half of the 4th Centuries: Regional Expeditionary Armies in the Context of Civil Wars and the Roman-Persian Confrontation]. Dissertation of Doctor of Historical Sciences. In 2 vols. The Saint Petersburg Institute of History is a research institute of the Russian Academy of Sciences. Saint Petersburg.

20. Mosig-Walburg K. (2006) Der Armenienkrieg des Maximinus Daia. Historia, Bd. 55, H. 2, S. 247–255.

21. Neronova V. D. (1989) (ed.) Istorija Drevnego mira. T. 3. Upadok drevnih obshhestv [The History of the Ancient World. Vol. 3. Decline of Ancient Societies]. Moscow: Nauka Press. 408 p.

22. Odahl Ch.M. (2004) Constantine and the Christian Empire. London; New York: Routledge. 400 p.

23. Peachin M. (1991) Philip's Progress: From Mesopotamia to Rome in A.D. 244. Historia: Zeitschrift Für Alte Geschichte, vol. 40. no. 3. pp. 331–342.

24. Piotrovskiy B.B. (1959) Vanskoe tsarstvo [Kingdom of Van]. Moscow: Vostochnaya Literatura Press. 283 p.

25. Potter D. S. (2004) The Roman Empire at Bay. AD 180–395. London; New York: Routledge. 762 p.

26. Rybakov R. B. (2002) (ed.) Istoriya Vostoka. V 6 t. T. 2. Vostok v Srednie veka [History of the East. In 6 vols, vol. 2. East in the Middle Ages]. Moscow: Vostochnaya Literatura Press. 716 p.

27. Toumanoff C. (1969a) Chronology of the Early Kings of Iberia. Traditio, vol. 25, pp. 1–33.

28. Toumanoff C. (1969b) The Third-Century Armenian Arsacids: a Chronological and Genealogical Commentary. Revue des Études Arméniennes, t. 6, pp. 233–281.

29. Trever K. V. (1959) Ocherki po istorii i kul’ture Kavkazskoy Albanii [Essays on the History and Culture of Caucasian Albania]. Moscow; Leningrad: Academy of Sciences of USSR Press. 392 p.

30. Weber U. (2012) Narseh, König der Könige von Ērān und Anērān. Iranica Antiqua, vol. 47, pp. 153–302. DOI: 10.2143/IA.47.0.2141965.

31. Weber U. (2016) Narseh. Encyclopædia Iranica (http://www.iranicaonline.org/articles/narseh-sasanian-king).

Система Orphus

Loading...
Up