Reciprocity in Mutual Aid Networks (on the Data of a Regional Study)

 
PIIS013216250004283-4-1
DOI10.31857/S013216250004283-4
Publication type Article
Status Published
Authors
Affiliation: Belgorod National Research University
Address: Russian Federation, Belgorod
Affiliation: Belgorod National Research University
Address: Russian Federation, Belgorod
Affiliation: State Technological University named after V.G. Shukhov
Address: Russian Federation, Belgorod
Journal nameSotsiologicheskie issledovaniya
EditionIssue 3
Pages106-117
Abstract

The article analyzes the role of the reciprocity principle in the reproduction of social networks and the functioning of mutual assistance practices in local communities based on the results of author’s empirical studies. Reciprocity is considered a principle of interpersonal and social relations, presupposing the existence of explicit and latent mutual obligations among their participants. Empirical diagnostics was centered on parameters of family-related, friendly, neighborly, professional networks of mutual aid as intensity and regularity of functioning, the focus of resource transfers, the nature of mutuality of obligations, motivation for the exchange of resources. The exchange of resources with parents and full-grown children is characterized by the highest degree of intensity. Most participants in such exchanges do not expect an equivalent volume of response services, and these interactions themselves have the character of generalized reciprocity. As we move toward «weak» ties (neighbors, colleagues, acquaintances), the attitude of balanced reciprocity dominates: receiving assistance, 50 to 57% of respondents expect an equivalent return. In the motivation of mutual aid, the attitude to a balanced reciprocity is most clearly expressed in professional and neighboring networks. In relations with friends, it is balanced by emotional-value and existential motives, which are dominant in family-related relationships. The normative significance of the principle of reciprocity and its system-forming character in various types of mutual aid networks is substantiated, and it has been proved that reciprocity in family ties has, first of all, an emotional-psychological and value background, in other networks of mutual aid the balanced nature of resource exchanges is a condition for their stable functioning.

Keywordsmutual aid, networks of mutual aid, adaptation, reciprocity, transfer of resources
AcknowledgmentThe study was funded by RFBR research project No 17-03-00196.
Received20.03.2019
Publication date25.03.2019
Number of characters31439
Cite  
100 rub.
When subscribing to an article or issue, the user can download PDF, evaluate the publication or contact the author. Need to register.
Размещенный ниже текст является ознакомительной версией и может не соответствовать печатной
1 Представляется очевидным, что в процессах адаптации подавляющего большинства россиян к социальным изменениям ключевую роль играют не публично-правовые институты, позволяющие организовать общественный дискурс и акцентировать его на необходимости институциональных изменений и политических реформ, но, прежде всего, приватные механизмы, максимально дистанцированные от государства. Основной проблемой, поднимаемой в статье, является выявление факторов самоорганизации граждан внутри локальных общностей и устойчивости воспроизводства такого элемента социального пространства российского общества, как сети взаимопомощи.
2

Сети социальной взаимопомощи как адаптационный механизм.

3 Социальные сети1 представляют собой совокупность социальных связей и контактов неформального характера, выполняющих по отношению к их участникам коммуникативную, информационную, дистрибутивную функции. Такие социальные сети являются формой социальной организации, во многом альтернативной формальной институциональной структуре, представленной государственными и муниципальными органами, учреждениями, корпорациями и другими формальными институциями. Они способны действовать на микроуровне, где не функционирует формально-институциональная структура2. 1. Сети социальной взаимопомощи, именуемые по тексту для краткости местами просто социальными сетями, не следует путать с социальными сетями иной ориентации: виртуальными сетями на основе социальных платформ (Facebook, ВКонтакте и им подобные), сетями для политической мобилизации на протестные акции, и иными.

2. Французские исследователи в середине 1980-х гг. изучали проявления кризиса государства и его структур и при этом обратили внимание на атомизацию, автономизацию индивидов, на ослабление их отношений с государством и его институтами. Ив Барель пишет о политической пустоте, рассуждая о слабости государства, его институтов и акторов, посредничающих между центральной политической элитой и массами (см.: [Barel, 1983]).
4 В отличие от традиционных структур микроуровня социума (малых групп и организаций) сеть, по Б. Латуру, обладает набором обязательных признаков, каждый из которых необходимо воспринимать в связи с остальными: а) эмпирически прослеживаемой взаимосвязью между участниками, б) «пустотой» между «узлами» сети – то есть вне пределов непосредственных контактов (иными словами, плотность связей в сети крайне неравномерна), в) постоянными усилиями, предпринимаемыми участниками для воспроизводства социальных отношений. При этом сеть – это только «след, оставляемый движущимся агентом», то есть крайне изменчивое и непостоянное явление [Латур, 2014: 185]. Принадлежность к сетям становится более квалифицирующим признаком для индивида, нежели членство в формальных структурах или даже макрогрупповая идентичность. М. Кастельс отмечает, что сети представляют собой новую модель структурности, отличную от институтов и групп, но и не редуцируемую к агентности. Основой этой структуры становятся интеракции [Castells, 2000].
5 И все же было бы неправомерно жестко противопоставлять сетевые механизмы организации общества институциональным. И. Штейнберг отмечает, что сети взаимопомощи обладают рядом признаков, позволяющих их рассматривать в институциональном аспекте: 1) наличие потребности в организации совместной деятельности людей для достижения их собственных целей, а также целей и функций всего объединения; 2) устойчивая система социальных связей между элементами сети и организационной структуры, интегрирующей эти элементы в определенную форму отношений, закрепленных в виде социальных ролей и статусов; 3) наличие у акторов определенного набора материальных и моральных ресурсов, социального капитала, которыми они обмениваются, традиций и ритуалов поведения [Штейнберг, 2010: 47].

Number of purchasers: 2, views: 1116

Readers community rating: votes 0

1. Barel Y. (1983) La société du vide. Paris: Seuil. (In Fr.)

2. Barsukova S.Yu. (2004) Reciprocal interactions. Essence, functions, specificit y. Sotsiologicheskie issledovaniya [Sociological studies]. No. 9: 20 –29. (In Russ.)

3. Castells M. (2000) The Rise of the Network Society. Second Edition. Oxford: Blackwell.

4. Granovetter M. (1973) The Strength of Weak Ties. American Journal of Sociology. Vol. 78. No. 6: 1360–1380.

5. Latour B. (2014) Reassembling the Social: an Introduction to Actor-Network-Theory. Moscow: VShE. (In Russ.)

6. Reutov E.V. (2017) Social Solidarit y in Public Discourse (Experience of regional Study). Sociologicheskaya nauka i social'naya praktika [Sociological Science and Social Practice]. No. 3: 111–125. (In Russ.)

7. Reutov E.V., Kolpina L.V., Reutova M.N., Boyarinova I.V. (2011) The Effectiveness of Social Networks in the Regional Community. Sotsiologicheskie issledovaniya [Sociological Studies]. 2011. No. 1: 79–88. (In Russ.)

8. Reutov E.V., Reutova M.N., Shav yrina I.V. (2011) Micro-practices of Solidarit y in the Social Space of the Local Communit y: a Monograph. Belgorod: BGTU. (In Russ.)

9. Sahlins M. (1999) Zur Soziologie des primitiven Tauschs. Berliner Journal für Soziologie. Nu. 9: 149 –178. (In Germ.)

10. Shtejnberg I.E. (2004) Psychology of Inequivalent Exchanges in Net works of Social Support for Urban and Rural Families. Vestnik obshchestvennogo mneniya: Dannye. Analiz. Diskussii [The Russian Public Opinion Herald. Data. Analysis. Discussions]. No. 6(74): 52–57. (In Russ.)

11. Shtejnberg I.E. (2010) Paradigm 4 «K» in the Research of Social Support Net works. Sociologicheskie Issledovaniya [Sociological Studies]. No. 5: 40 –50. (In Russ.)

12. Stegbauer C. (2002) Reziprozität. Einführung in soziale Formen der Gegenseitigkeit. Wiesbaden: Westdeutscher Verlag. (In Germ.)

Система Orphus

Loading...
Up